Если СССР со своими военными партнерами поддерживал на Балтике баланс интересов с Западом, ныне Россия отодвинута на пятую позицию. Сегодня в Балтийском море доминируют наши "добрые соседи" — Германия, Швеция, Финляндия, Дания. Вроде бы никакой реальной угрозы для нас это не представляет, ну, подумаешь, учения. Скажем больше: к примеру, флот объединенной Германии неуклонно сокращается, избавляясь от поизношенного в "холодной войне" имущества ГДР. Но количество переходит в качество. Совершенствуются подводные лодки, которых у немцев 14. В строю два эсминца, 12 фрегатов, 30 ракетных катеров и еще 113 других боевых единиц, не считая военно-морской авиации. Шведский флот, увы, тоже мало соответствует принципам объявленного нейтралитета. В их ВМС несут службу 9200 человек. Флот располагает 9 подводными лодками, 6 корветами, 14 ракетными катерами, 27 кораблями различного назначения. Более чем сорокалетний поиск наших субмарин в шведских фиордах, подпитывавший миф о "красной военной угрозе", теперь оправдывает модернизацию королевских военно-морских сил Швеции. Не отстают от партнеров по НАТО и вчерашние наши союзники. В связи со вступлением Польши в Североатлантический блок эта страна получила мощные финансовые инъекции: ВМС Польши насчитывают около 17 тыс. моряков, на вооружении — 3 подводные лодки, 1 эсминец, 2 фрегата, 16 катеров, 22 противолодочных корабля.
Усовершенствованные за счет налогоплательщиков Страны Советов базы Балтфлота в трех ставших суверенными государствах оказались по ту сторону перекроенной границы между Востоком и Западом. Россия потеряла 80% основных пунктов базирования, 12 из 16 пунктов рассредоточения, 60 % причального фронта. Как следствие — по численности боевых кораблей флот сократился втрое, в четыре раза уменьшилось число моряков-балтийцев…
ВОСТОЧНЫЙ ВЫЗОВ
Виктор Круглов
ВОСТОЧНЫЙ ВЫЗОВ
"Китай прирастет Сибирью" — гласит заголовок статьи, недавно опубликованной в правительственной "Российской газете". И хотя подобная перспектива рассматривается как гипотетическая, сама постановка вопроса весьма примечательна. В последнее время все большее число политиков и экспертов высказывают мысль о том, что Россия — неконкурентоспособная на мировых рынках страна, прочно загнанная в "экспортно-сырьевую ловушку", с редеющим населением и неэффективными Вооруженными Силами — не имеет права контролировать огромные территории Сибири и Дальнего Востока. Наиболее "выпукло" эту идею выразил известный теоретик американского глобального доминирования, бывший советник президента США по национальной безопасности Збигнев Бжезинский в своей недавней книге "Выбор. Мировое господство или мировое лидерство".
Россия, считает Бжезинский, стоит перед выбором: уступить эти обширные территории Китаю, численность населения которого превышает российское в 10 раз и ВВП которого в 5 раз больше российского, или пойти на союз с США и Западом на правах "младшего партнера", предоставив "сибирское Эльдорадо" в распоряжение транснациональных корпораций. При этом от России потребуется отказаться от попыток оказания политического влияния на события на пространстве СНГ, ликвидировать военные базы в ближнем зарубежье и, разумеется, не допускать какой-либо критики внешней политики США. Подобный сценарий будет означать третий (после Горбачева и Ельцина) этап геостратегического отступления России, связанный с утратой статуса уже не только мировой, но и региональной державы, сопровождающейся гигантскими территориальными потерями.
Удивительно, но такая перспектива отнюдь не пугает иных представителей отечественной либеральной мысли. В одном из популярных российских изданий развернулась бурная дискуссия на тему "Есть ли у России лишняя земля?"; некоторые ее участники предлагали передать Курильские острова японцам в обмен на продовольствие, лекарства и т.п. Лиха беда начало. То ли еще будет!
Можно было бы, конечно, в очередной раз объявить Бжезинского закоренелым русофобом, посетовать на непатриотичность российских либеральных элит и даже зачислить их представителей во "враги нации". Но вот что пишет, например, серьезный ученый — председатель Научного совета Московского центра Карнеги Дмитрий Тренин, как будто не замеченный ни в симпатиях к Бжезинскому, ни во враждебном отношении к нашей стране: "Главной внутренней угрозой является нынешнее состояние востока России — Восточной Сибири и Дальнего Востока. После распада СССР эти регионы погрузились в глубокий кризис. Прежние модели развития уже неприменимы, новую модель еще только предстоит выработать и реализовать на практике… В XXI веке вопрос о единстве страны будет решаться не в Чечне. Все будет зависеть от того, сможет ли Москва добиться "двойной интеграции" Сибири и Дальнего Востока, прочно встроив их в общероссийское пространство и одновременно сделав их составной частью динамично развивающегося региона Северо-Восточной Азии".
