В эти пасхальные дни особенно людно в церквях. По-особому сияют лица. Цветут любовью глаза. Обмениваются поцелуями едва знакомые люди. Дарят друг другу расписные яйца. Церквей всё больше. Среди «пятиэтажек» вдруг вырастет деревянный шатровый храмик. На центральной площади, среди супермаркетов и чиновничьих зданий, заблещут величественные купола. На окраине, среди закопченных заводских корпусов, заиграют, зазвонят колокола. В заброшенном сельце, среди темных елей сочно, смоляными венцами, загорится часовня. Встают из руин белые, словно лебеди, церкви. Расцветают пустовавшие чуть не целый век обители. Священник - обычное явление в уличной толпе, на телевизионном экране, на общественном форуме. Духовенство вышло за пределы церковной ограды, появляется в школьных классах, военных гарнизонах, всё теснее общается с властью, с культурой. И по мере усиления церковной среды, расширения церковной проповеди усиливаются нападки на церковь: критика иерархов, неприятие духовных, направленных на светское общество деяний. Эта критика исходит в основном из среды либеральной интеллигенции, которая одержима «бесом реформирования». Готова без устали реформировать государство, армию, промышленность, образование, медицину - до полного их исчезновения. До воцарения в наших домах и школах, государственных учреждениях и трудовых коллективах торжествующего неверия, нигилизма, бессилия, которыми воспользуется враг Рода Человеческого, он же и враг России.
Смысл сегодняшней русской церкви в том, чтобы противостоять реформам. Смирять реформаторов, терзающих русское общество последние двадцать лет, превращая его в пепел и пыль. Смирять неуемные атеистические потуги реформировать саму церковь, в мнимых стремлениях приблизить её к другим конфессиям, или к «падшему» миру, или «социализировать» её, или предостеречь от чрезмерно близкого приближения к власти. В среде верующих идет напряженная духовная дискуссия по всем этим вопросам, гораздо более острая, чем в либеральных салонах и светских полугламурных изданиях. Церковный мир, испытавший небывалые гонения, невиданные страдания, выстоял среди катастроф двадцатого века, в бурях которого погибли самые неистовые гонители и самые прогрессивные реформаторы. Церковь обладает соборным разумом, позволившим ей устоять, возродиться, просиять среди черного пепла и зловещего сатанинского блеска. Церковь найдет ту меру, которая сохранит её как «церковь бедных». Отмерит то расстояние, что отделяет её от власти, - расстояние между Успенским Собором и Кремлевской башней. Обнаружит в себе богооткровенных старцев, которые окормляют народ, предостерегают владык, сияют, как бриллианты, в церковных монастырях и обителях.
Сегодня Православная церковь, быть может, - единственное прибежище русскости. Русский дух исчез из либеральной экономики. Пропал из культуры, «играющей в бисер» постмодернизма. Из телевизионных программ, которые изгнали всё, что питает «русскую идею», - русскую музыку, русскую мысль, само слово «русский». Церковь собирает в свои стены русский народ, окружая его мистической русской красотой, богоносными энергиями, спасавшими Русь во времена Бориса и Глеба, преподобного Сергия Радонежского, Серафима Саровского, русских новомучеников. Как во времена нашествий монастыри принимали в свои стены погорельцев, прятали священные книги, целили раны воинов, так и теперь церковь принимает в себя гонимых русских, вдохновляет их, вооружает непобедимым оружием веры, готовит из них воинство, которое выходит на бой за пределы церковной ограды.
Церковь - это таинственное, существующее среди человечества образование, обладающее «ключами от неба». Молитвенными практиками, духовным стяжанием, искусством самоочищения церковь возвышает человека над грешным, порченым, двухмерным миром и возносит его в небесную бесконечность, где таятся объяснения всех земных загадок, кроются причины всех земных свершений, витают неисчерпаемые энергии и светозарные силы. Храмы и монастыри добывают эту небесную энергию, низводят на землю, распределяют среди земных институтов. Эта энергия незримо омывает парламенты и министерства, заводы и гарнизоны, университеты и лаборатории. Эта энергия питает страну в час беды, орошает увядшие души, ведет к одолению социальных болезней и немощей, вдохновляет художников и политиков. Страна стоит, пока этой энергии вдоволь. И начинает шататься и падать, когда над ней захлопываются небеса, когда народ теряет «ключи от неба».
