В Россию пришла тьма. Её всё больше и больше. Она клубится, валит чёрными тучами из невидимого дымохода. Люди убивают друг друга, не щадя стариков и младенцев, грабят банки и нищие домики, взрывают электростанции и автомобили, лгут, ненавидят, оскверняют святыни. Страна разваливается на куски, и из каждой новой трещины валит тьма. Зверь поселился в народе. Люди бегут из страны. Ненавидят миллиардеры, ненавидят бомжи, ненавидят священники.
Зло уже не связано с тем или иным человеком, с тем или иным сословием. Это зло надмирное, оно пронизывает каждый дом, каждую семью, каждую душу. Это зло имеет нечеловеческий, неземной характер. Кажется, отворились врата ада, и оттуда валит вся глухая подземная неолицетворённая тьма, погружает нас в чёрный дымящийся вар.
Такое в России уже бывало. Когда последний царь устранился от власти, когда пала державная мощь, когда из России ушёл Удерживающий, тогда, как и ныне, отворились врата адовы. Запечатанная в преисподней тьма вырвалась на свободу, и русские люди, взявшись за сабли и топоры, стали рубить друг друга, зверски пытать и мучить. Забыли Господа, забыли Пушкина, забыли проповеди Толстого, забыли любовь матери к младенцу, святое чувство сына к отцу.
Россия на долгие годы превратилась в чудовищное кровавое месиво, в котором скакали и бесились духи преисподней. Сталин вновь запечатал врата адовы, вновь загнал тьму под землю. Это потребовало невероятной жестокости, невероятного встречного зла. Так пожар тушат пожаром. Сталин накинул на Россию стальные обручи, в которых удерживалось зло. Преодолённое, запечатанное зло больше не мешало Сталину строить новую страну, готовиться к невиданной грядущей схватке, возводить города и заводы, испытывать самолёты, создавать поколения творцов, героев и созидателей. Это новое сталинское племя, выращенное им на пустыре истории, победило в самой страшной и кромешной войне. На две трети полегло оно на полях сражений, а оставшаяся треть за несколько кратких лет восстановила державу, создала звездолёты и вышла в космос.
Сталин — Удерживающий — укротил зло и вывел Россию к невиданным сверкающим высотам.
К девяносто первому году длань Удерживающего ослабела настолько, что вновь распечатались врата адовы. Пятиконечный красный замок, запиравший эти врата, был сбит. И снова из подземелий хлынула на русскую землю тёмная муть. Залетали над городами нетопыри. Замелькали, забили крыльями чудовищные пеликаны. Выползли из сырых нор мерзкие сороконожки. Клевали, долбили, выедали, выгрызали страну, оставляя вместо сталинской Красной империи огромный трухлявый пень.
Сегодня, как тогда, в семнадцатом, плачут иконы, кровоточат кресты. Тьма кажется повсеместной и непроглядной. Её не покорить заклинаниями, не остановить усилиями слабодушной власти. Она не внимает проповедям духовидцев и поэтов, не поддаётся улучшению, а при каждом к ней прикосновении набирает всё новые и новые чёрные силы. Только могучий правитель способен укротить эту тьму, вновь загнать её в преисподнюю, затворить врата адовы, сковать их железными скрепами и засовами, вновь запечатать их огненным раскалённым железом.
Но где этот лидер, где этот вождь и властитель? Путин, явившись в Кремль, казался таким вождём. Он железной перчаткой покорил неистовый Кавказский взрыв. Холодной волей укротил сепаратизм Поволжья и Якутии, Урала и Приморья. Тонкой хирургией искусного целителя вырезал из русской жизни несколько злобных, растлевающих её персонажей. Зло, казалось, остановилось, остекленело, вернулось обратно в щели, из которых вышло. Казалось, укротив это зло, Путин начнёт строить новое государство. Вновь расцветут города, пролягут дороги, полетят в небеса самолёты, вновь призовут к вековечной священной работе лучших людей страны — её героев, борцов, созидателей.
Но этого не случилось. Путин оцепенел, заколдованно онемел, добровольно отказался от власти, отдал её на хранение доверенному лицу, как оставляют в ломбарде золотые часы. Укрощённая было тьма вновь проснулась, повалила из подземных пещер наружу.
Путина ненавидят как правителя, который попытался стать Удерживающим и на время закупорил тьму. Его ненавидят как власть имущего, который посягнул на самые чёрные силы русской истории и попытался затолкать их в угрюмую утробу. Его уже никогда не простят те, на кого он наложил крест и загнал обратно в пещеру.
Но он не справился с возложенной на него божественной миссией. Перестал быть стражем у врат, перестал быть Удерживающим. На вратах ада опали засовы, и вновь повалила тьма.
Но тьма не всесильна. Мироздание состоит не из тьмы. В мироздании сверкает ослепительный божественный свет, и его лучи, его крохотные золотые искры пробиваются сквозь любую тьму, останавливают её, дают ей отпор.
