Российская политика в отношении Украины, республик ДНР и ЛНР должна подвергнуться кардинальному изменению в направлении её активизации и повышения силового фактора в подходе к бандеровскому Киеву.
Политика Москвы по всему спектру проблем, связанных с Украиной, должна быть поставлена в центр всей внешнеполитической деятельности РФ в рамках чёткой идеологической линии, которая будет фиксировать фашистское содержание киевского режима, и, соответственно, комплексного противодействия Киеву. Последнее требует незамедлительного выхода из договорённостей "Минска-2", тотальной изоляции киевского режима с разрывом всех политических и экономических связей.
Последние международные события (выборы в США, изменения в ЕС и др.) свидетельствуют, что киевская карта будет в усиленном варианте разыгрываться наиболее реакционными кругами американского истэблишмента для давления на нового президента США и его возврата к наиболее жёсткому антироссийскому курсу. Вместе с тем данный расчёт не имеет под собой оснований, поскольку Украина не несёт большой ценности во внешней стратегии самого Трампа. В свете этого ужесточение подхода Москвы к Киеву не приведёт к крупномасштабным последствиям в отношениях России и Запада.
Я заметил следующую особенность в полемике между нынешними православными. Если православный позитивно относится к советскому периоду, то при этом он вполне терпимо воспринимает православных антисоветчиков или, как некоторые сегодня говорят, "белых" православных патриотов. Почему? Потому, что он не меньше, а, скорее всего, больше антисоветчиков почитает дореволюционную Россию. Для него нет разрыва в отечественной истории.
В советском сознании русская история, несмотря на всю свою революционную катастрофичность, едина и неделима. Поэтому подлинно русское сознание немыслимо без "советской" составляющей. Православный антисоветчик ("белый" патриот) ненавидит советский период всеми фибрами своей "белой" души, и его буквально трясёт от православных, воспринимающих советскую эпоху неоднозначно и с уважением. Приведу конкретный пример.
В декабре прошлого года в одном из московских вузов проходили предрождественские чтения, организованные Московской патриархией. В большом зале было собрано духовенство Центрального благочиния г. Москвы. Также там присутствовали студенты и преподаватели данного института. Среди выступающих был генерал Леонид Петрович Решетников, незадолго до этого снятый с должности руководителя РИСИ. Я знал о "белогвардейских" взглядах господина Решетникова, даже когда-то что-то писал по этому поводу. Но здесь я впервые увидел бывшего аналитика СВР, что называется, во всей красе. Сначала он говорил о Царственных Мучениках, но затем перешёл к советскому периоду. И тут, как говорят в народе, "Остапа понесло". Такой градус ненависти и нетерпимости к советскому прошлому и к Сталину можно обнаружить только в самых либеральных диссидентских кругах. Обращаясь к молодёжи, Решетников сказал, что с советскими стариками уже ничего не поделаешь — их изменить невозможно, поэтому вся надежда возлагается им только на молодёжь, которая должна полностью отказаться от советской идеологии и пополнить ряды доблестной "белой гвардии".
О великой Белой армии и вообще о белогвардейцах он говорил буквально через слово. По риторике и психологии его речь ничем не отличалась от пропагандистских речей красных комиссаров-троцкистов. Как говорится — тот же троцкизм, вид сбоку. Но в конце своего выступления Леонид Петрович превзошёл самого себя. Он буквально набросился на духовенство, присутствовавшее в зале, и заявил следующее: "Среди нашего духовенства распространяется ересь "православного сталинизма". Эту ересь необходимо искоренять всеми возможными способами как можно быстрее". И далее продолжал в том же духе.
В перерыве я подошёл к Решетникову и в предельно корректной форме обратился к нему: "Леонид Петрович, вы весьма ярко говорили, и со многим можно согласиться. Но ваше отношение к советскому прошлому и к Иосифу Виссарионовичу мне представляется несколько однобоким и субъективным. Сталин — не святой, но и не исчадие ада. Кстати, и наш патриарх, и наш президент чётко и ясно говорят о неоднозначности советского периода и о сохранившейся в советское время преемственности русской истории". Реакция Решетникова была поистине ошеломляющей. Его буквально затрясло, и он каким-то фальцетом выпалил в мой адрес следующую тираду: "Такие священники, как вы, позорят нашу Церковь! Вам надо запретить служение, вас надо извергнуть из сана!".
