Газовая атака полностью

Избитого, еле живого Полтишка запихали в чулан. Во след ему полетели консервные банки со снотворным. Преодолевая боль, Жорка извлек миниатюрный передатчик и попытался выйти на связь с Норманом…

Прорыв атомного бомбардировщика походил на поединок слепых со зрячим. Потешаясь над русскими "МиГами", которые не могли видеть его самолет-невидимку, Дик Прустер легко обходил их до тех пор, пока не нарвался на эту пару. Она неожиданно отделилась от группы барражировавших перехватчиков и шла сзади.

Дик готов был поклясться, что они не видят его. И все же какое-то неведомое чутье точно выводило ведущего "МиГами" на цель.

— Проклятие!

Прустер попытался увеличить скорость, но русские перехватчики не отставали.

Одна за другой, справа по борту, пронеслись две ракеты, едва не задев бомбардировщик, — "МиГи" стреляли наугад, как солдаты, прочесывающие лес, но до чего метко!

Едва не кинув машину в штопор, Дик с резким снижением ушел на предельно малую высоту.

Теперь ему было не до смеха; пришла пора готовиться к бомбежке.

Приняв сбивчивое сообщение Жорки, Майк отшвырнул наушники. Он почувствовал себя гребцом, внезапно обнаружившим, что в спасательной лодке, кроме него, никого не осталось. С этой минуты он мог рассчитывать только на свои силы. Элен и Жорка сами нуждались в его помощи.

Норман переоделся в маскировочный костюм десантника, проверил оружие. Успех дела зависел от того, сумеет ли он так же удачно, как Жорка, миновать посты террористов…

Майку повезло. Он беспрепятственно добрался до дома Даршаньякова. Улучив минуту, он проскользнул внутрь и чуть не вскрикнул от неожиданности — прямо напротив него, посреди комнаты, стояла Элен.

Увидев детектива, она указала глазами на крышку погреба. В ту же секунду Майк нырнул в подполье. Когда под тяжестью мужского тела заскрипели ветхие половицы, Майк чуть приоткрыл крышку погреба — в комнату вошел Даршаньяков.

Майк отлично видел его огромную, отвратительно лысую голову, лишенную признаков какой бы то ни было растительности. Угрюмо глядя прямо в глаза миссис Райт, он начал медленно-медленно снимать с себя одежду, но вдруг остановился. Майк обомлел — в помещение вошел второй Даршаньяков. Как два зеркальных отражения, они встали друг против друга.

— Все похабничаешь? — сказал вошедший, которого Майк про себя назвал террористом. — Вместо того чтобы заниматься тем, для чего тебя сюда послали — ликвидацией человечества, ты путешествуешь во времени и развратничаешь, транжиришь талант на всякие глупости. Что это за юбка, которая чуть не погубила нас?

— Это не мое изобретение, брат. Я украл ее. Может быть, хочешь испытать ее действие на себе, брат? Ха-ха! — сипло рассмеялся первый.

— Если бы ты не был половиной моего существа, моего мозга, я уничтожил бы тебя! — вскипел "террорист".

— Каждому свое, брат, — усмехнулся "сиплый". — Тебе доставляет удовольствие организовывать атомную войну, а мне больше по душе вино и женщины. В конце концов никто не заставлял тебя раздваиваться. Левое, эмоциональное полушарие нашего мозга, стало мной, а правое, логическое — тобой. В чем проблема, брат?

— Да, я согласился на разделение, — резко ответил "террорист". — Но сейчас мы должны снова воссоединиться. Смотри.

"Террорист" сорвал грязный коврик с полки, и детектив увидел миниатюрный прибор.

— Это пульт управления атомной ракетой. Чуваки думают, что она в их руках. Какие идиоты! Она управляется отсюда. Через несколько минут я запущу ее. Американцы ответят ударом на удар. Начнется атомная война. Брат, нам потребуются все наши способности — и логические и эмоциональные, чтобы управлять бойней. Мы должны воссоединиться.

— Хорошо, — согласился, подумав, "сиплый", — но обещай, как только мы сокрушим человеческую расу, ты снова выпустишь меня на волю.

— Клянусь тебе, брат! — торжественно ответил "террорист".

И тут в воздухе возникли эфемерные очертания двух полушарий головного мозга: левого, там, где стоял "сиплый", и правого, на месте "террориста". Между ними зажглось что-то изумрудное, похожее на елочную игрушку. Паря, как медузы на глубине, оба полушария двинулись к "изумруду", чтобы, достигнув его, слиться в единое могущественное существо.

Майк достал револьвер. Чуть дыша прицелился и нажал на спуск. "Елочная игрушка", как шаровая молния, принялась биться о стены. Майк выскочил из подвала. Увлекая за собой Элен, побежал прочь. Сзади раздался взрыв. В зареве полыхающей лачуги он увидел бегущих десантников и пошел им навстречу.

— Сколько времени, генерал? — освободившись из крепких дружеских объятий русских, спросил Майк.

— Половина двенадцатого, — ответил Кабан.

Дик Прустер бросил взгляд на пилотский хронометр.

— Половина двенадцатого, — удовлетворенно отметил он.

Атомный бомбардировщик вышел на цель в точно рассчитанное время. Еще немного — и все будет кончено. Дик повернул ручку приемника. В кабину ворвался ликующий голос американского диктора:

— "…Чувляндия обезврежена! Террористы арестованы!.." — кричал он на всю планету.