Драконы. Древний таинственный народ, известный яростной борьбой за свободу, способный сжигать дотла, отстоявший существование своей расы, основавший изолированное поселение на Железной Горе. И… лишившийся крыльев. Мисс Анабель Ваерти продолжает расследование несмотря ни на что. И даже не догадывается, чем обернется схватка двух древних хищников для ученицы прервавшего собственную жизнь профессора Стентона.
— Лорд и леди Арнел!
"Дьявол!" — полное паники ругательство от меня.
"Quod puritas" — заклинание очищения от лорда Арнела.
И пыль, паутина, тлен старинных тайных ходов облетают с нашей одежды как прошлогодняя листва.
Я взглянула на дракона. В моем испуганном взгляде откровенно читалось: "Зря повернули направо", в его отстраненно-ледяном: "Я говорил, что следует идти налево". В любом случае этот провал был нашим общим.
Вспышки фотографических аппаратов, моя рука церемонно смещается из ладони лорда Арнела на сгиб его локтя, еще сотня вспышек сфокусированных на помолвочном кольце фотоустройств и тщетная надежда на то, что под маской с вуалью меня никто не узнает. Но надежды действительно тщетны.
— Леди Арнел-Ваерти, какое отношение вы имеете к процессу "Генверт"?
— Леди Анабель, действительно ли профессор Стентон передал вам все свои научные открытия?
— Как вам удалось так удачно заполучить наследие Стентона? Миледи, всего слово! Одно слово, миледи!
О, я могла бы высказать целую фразу, и эта фраза звучала бы так — "Мне удалось выжить", все остальное следствием удачи определенно не являлось. Совершенно не являлось. Абсолютно.
— Оцепление. Убрать журналистов! — ОрКолин появился незаметно, но очень вовремя. — НакТард, командование на тебе.
Личная императорская гвардия, сверкая позолотой парадных доспехов, с возникшей проблемой разобралась молниеносно. Были оттеснены газетчики, нас прекратили ослеплять вспышки фотографского порошка, распорядитель сделал вид, что появление гостей императора прямо из колонны вполне себе нормальное явление, никоим образом не являющееся чем-то запредельным и нарушающим все каноны. Маленький паучок, изгнанный с моего платья вместе с паутиной и пылью заброшенных тайных ходов, торопливо уполз в щель той самой колонны, из которой мы с таким оглушительным провалом появились.
— Благодарю за вуаль. Вы были правы, это действительно в высшей степени удобно.
— Всегда рад услужить, — с холодной учтивостью произнес лорд Арнел.
Я никогда не задумывалась о том, что чувствуют два дуэлянта, скрещивая шпаги. Какие мысли проносятся в их головах в тот миг, когда напряженно звенит соприкоснувшееся железо? Что овладевает их сердцами — желание победить, или предчувствие поражения? Полнейшего болезненного поражения в случае, если один дуэлянт существенно уступает второму в силе, сноровке, умении держать шпагу… Мы — уступали. Впервые с момента первого столкновения с герцогом Карио, мы оказались на шаг позади.
На целый шаг.
— Но представлять меня как леди Арнел все же не стоило, — сказала негромко.
Сопровождающий нас ОрКолин не упустил момента и позволил себе высказаться по данному поводу:
— Бель, как у мисс Ваерти у тебя не было бы и шанса появиться в императорском дворце.
Я промолчала, не желая продолжать дискуссию.
Зато лорд Арнел издевательски произнес:
— О, поверьте, генерал, мисс Ваерти, несомненно, изыскала бы способ проникнуть в любое требуемое ей помещение. Как минимум путем трудоустройства. К слову, дорогая, я уволил вас с должности помощника городского архивариуса.
— Дьявол! — уже вслух выругалась я.
— Это не составило труда, — безмятежно продолжил лорд Арнел, — достаточно было лишь внести в устав трудового кодекса пункт о необходимости состоять в браке.
И я остановилась.
Это выглядело не слишком достойно, учитывая, что остановилась я на пороге императорского дворца, но мои нервы были на пределе.
— Позвольте спросить, лорд Арнел, случайно не вы ли внесли пункт о необходимости холостого положения для младших следователей?
Взглянув на меня с ледяной насмешкой, градоправитель Вестернадана спокойно ответил:
— Нет.
Затем по его губам скользнула ухмылка и дракон добавил:
— Кристиан любезно сделал это для меня.
ОрКолин обернулся и остановился, взирая на застывшую меня. Вдалеке вернулись к масштабному сжиганию фотографского порошка назойливые газетчики и все вокруг вновь озарялось вспышками, впереди нас ожидал наш главный враг, а я… я… я…
— Я не знаю, что я с вами сделаю, после победы над Карио. Я, правда, не знаю, но, поверьте — вам это с рук не сойдет!
И вскинув подбородок, я расправила плечи, выпрямила спину до боли, и сообщила ОрКолину:
— Все, я готова.
Вот теперь действительно готова. Уже же абсолютно ко всему.
***
Тремя днями ранее…
"Дорогая моя, правильное утро в респектабельном доме начинается рано. Первым встает дворецкий, ведь кроме него никто не смеет открывать входные двери, а молоко и утренние газеты приносят на самой заре. Так же помни, прислуга — символ благополучия дома, те, кто позволяют леди вести достойный образ жизни. Когда у тебя появится свой дом, учти, что леди и джентльмены никогда не должны слышать голоса слуг".
В этот момент внизу раздался крик миссис Макстон:
