— Да, Патрон. Но немного подождем, узнаем сначала, что там произошло у Густаво.
Прежде чем сесть в такси и ехать в порт Табатинга, Игнасио предложил Генри купить пару кубинских сигар. Недоумевающему Генри агент объяснил, что, хотя на границе проверка чисто формальная, при пересечении границы и при посадке в самолет подарить полицейским по сигаре будет совсем не лишним.
Генри не курит, но с ценами сигар в Европе вполне знаком. Поэтому удивился, что агент предлагает ему сигары всего лишь по цене 25 евро за штуку, даже на Кубе найти сигару ценой менее 50 долларов невозможно:
— Игнасио, что это за сигары?
— Кубинские. Видите, сеньор, марка: Romeo Y Julieta. Самые лучшие кубинские сигары.
— Вижу, но я прекрасно знаю цены на сигары. Это подделка?
— Что вы, сеньор, они настоящие, только делают их в Доминикане[2]. Их выпускают из такого же табака, как и на Кубе — на фабрике бывших владельцев производства на Кубе. Кто же здесь может курить сигары из Кубы! Разве что наркобароны.
— Если это доминиканские, то почему цена такая высокая?
— Сеньор Генри, но мне ведь они тоже не дешево достаются, и кормить семью нужно. Я ведь у вас ничего не просил за то, что сопровождаю везде. Но я могу сбросить цену до сорока евро за пару.
— Ладно, Игнасио, бери полсотни. Ты хорошо занимаешься нами.
Патрон сидит в кресле, читает бумаги. Входит без стука Диего:
— Патрон, наши люди сообщили, что нашли стоянку Густаво.
— Камешки нашли?
— Нет, камни найти не удалось. Все наши перебиты. Нашли шесть трупов, седьмого раньше убили индейцы. Докладывают, что группу Густаво перебили бандиты, приехавшие на машине. Ужасно: троих застрелили, двоим, в том числе Густаво, перерезали горло, одному раскроили чем-то голову. Не ясно пока, кто выдал убийцам место стоянки. Но Эдуардо клянется, что найдет всех. Нашли отпечатки шин машины. По ним ясно, что машина — «Land Rover». Я приказал нашим людям в Касанара немедленно подключиться к поискам. Думаю, что завтра мы будем знать, откуда приезжали эти бандиты.
— Хорошо, но не забудь о подготовке группы для визита к Франциско. Нельзя допустить, чтобы у людей возникали мысли, что у меня можно что-то воровать.
— Я полностью согласен, Патрон, это недопустимо.
Генри и Джессика разместились в небольшой, но чистенькой каюте с окном, позволяющим видеть, что происходит за бортом судна. Джессика ушла смотреть последние приготовления к отплытию, а Генри прилег на кровати, вспоминая прохождение границ.
Если при переходе из Колумбии в Бразилию никого не интересовало, кто они, куда едут и что везут (то есть вручили пограничнику сигару зазря), то в порту режим гораздо более строгий. Впрочем, толстый усатый полицейский, хоть и смотрел грозно на каждого входящего на территорию порта, больше интересовался, оплачены ли сборы. А получив сигару и улыбку Джессики, совершенно растаял, поставил штампы в паспортах и даже нашел силы пошутить:
— Так, сколько коки везете? Для себя или для знакомых? Но тут же рассмеялся, обнажив крупные желтоватые зубы. Ничего бы Генри не понял, но Игнасио перевел его слова с португальского, и сам же ответил за Генри в одном ключе с полицейским:
— Только для себя, господин офицер.
А дальше последовал переход на судно в сопровождении Игнасио, которого, кажется, все везде знают и пускают. Водрузив чемодан Джессики в каюту, стали прощаться. Игнасио вопросительно посмотрел на Генри. Тот улыбнулся, достал из бумажника колумбийские песо и передал агенту всю пачку. Игнасио только мельком взглянув на нее, сразу определил, что там больше трехсот тысяч песо — это значительно больше, чем он ожидал. Рассыпался в благодарностях:
— Да благословит вас с сеньоритой Господь! Счастливой поездки, прекрасных впечатлений. Я рад был сопровождать вас. Если будете еще в наших краях, обращайтесь только ко мне, я всегда буду готов помочь!
Диего вновь докладывает:
— Наши люди нашли в Вильянуэва машину, которая была использована при нападении на группу Густаво. Оказывается, в машине был гринго с женщиной. Не ясно, однако, как гринго удалось перебить шестерых вооруженных парней.
— Гринго схватили?
— Нет, он девятого улетел в Летисию. Вез его тот же мужик — Мануэль Эрнандес, который давал им машину.
— Этого Эрнандеса допросили?
— Да, крепко прижали. Он дал номер карточки, по которой гринго расплачивался, и его фамилию. На самом деле, это не гринго, а немец — Генри Полонски. Эдуардо направил в Летисию наших людей. Они его там найдут, это просто.
— Хорошо. Да, вдове Густаво помоги. Ты говорил, что она на сносях. Женщина не виновата, что ее мужчина сплоховал. И расскажи об этом нашим. Я всегда забочусь о своих людях.
— Безусловно, Патрон. Это известно всем.
— Плохо, что Эдуардо уже почти на два дня отстает от этого немца. Я на его месте уже улетел бы куда-нибудь подальше.
