— Я очень рад, что мы обедаем здесь.
После того как Генри и Джессика сделали заказ и официант удалился, Генри поинтересовался:
— А о чем ваша курсовая?
— Разброс взглядов журналистов Бирмингема.
— И большой разброс выявили?
Джессика, ставшая очень серьезной:
— Да, у нас здесь полный спектр мнений. От крайне левых, проповедующих взгляды от анархистских до коммунистических и до оголтелых правых, отстаивающих право предпринимателя увольнять без суда рабочих, требующих снижения налогов и уменьшения социальных выплат.
— Так у вас, наверное, много знакомых журналистов?
— Читала и штудировала публикации почти всех. Но лично знакома очень с немногими. Они обычно подозрительны, неохотно допускают в свой круг молодежь.
— Вам знакомо имя Лесли Браун?
— Да, конечно. Старая мымра, охотница до сплетен. Печатается в «Бирмингем мейл», поэтому вы на нее наткнулись. У нее прекрасные связи в полиции, наверное, из-за неразборчивости в связях.
Улыбнулась:
— Говорят, что имеются знакомства и в криминальной среде.
— Прям-таки старая?
— Да, ей не меньше сорока лет. Но она все молодится. А почему она вас заинтересовала?
— Я нашел много ее заметок. Возможно, она двадцать девятого писала о моем приятеле.
— Что? Что-то плохое? О хорошем она никогда не пишет.
— Боюсь, что дело очень плохое. Но давайте не предполагать худшее. Кажется, нам несут заказ.
Официант принес заказ, расставляет. Генри и Джессика молча приступили к обеду.
Генри закончил есть. Пьет принесенное пиво, задумчиво глядит на Джессику. Джессика еще только заканчивает еду, подняла взгляд на Генри:
— Генри, вы так внимательно смотрите на меня. Что такое?
— Извините. Я задумался: не будет ли невежливо пригласить вас и на ужин сегодня.
Джессика рассмеялась:
— Невежливо не будет. Но я после занятий встречаюсь с моим парнем Роем. Так что ужин не получится.
— Жаль. Ну что поделаешь. Как-нибудь в другой раз, когда у вас будет свободное время. Позвоните мне, если вам будет скучно. Просто посидеть где-нибудь, поболтать.
— Не уверена, что будет свободный вечер. Но дайте телефон. Вы надолго приехали?
— Нет, всего на несколько дней. Но я буду рад, если вы позвоните. Даже если это будет просто звонок.
Вынимает телефон, показывает номер. Джессика записывает номер в свой мобильник. Генри, как будто невзначай интересуется:
— А где обычно проводит вечера пишущая братия?
— Вас, наверное, не вся «братия» интересует. Если вы о Лесли, то журналисты «Бирмингем мейл», занимающиеся сплетнями и криминалом, часто бывают вечером в «Jekyll & Hydl». Это на Стилхауслэйн, на пересечении с Ньютон-стрит. Попробуйте ее там найти. Но осторожнее, она обязательно постарается вас очаровать и выведает о вас все. Это она умеет.
— А обо мне нечего выведывать. Я прост, и жизнь у меня совсем простая и скучная. Представитель фирмы, по-простому — коммивояжер.
Джессика почему-то снова рассмеялась:
— Не прибедняйтесь. Даже мне, студентке, видно, что это не совсем правда. С комми я не пошла бы обедать.
Генри хотел что-то возразить, но Джессика тоже покончила с едой и позвала официанта.
— Нет, нет. Это было мое приглашение.
Вынул бумажник и положил перед собой. Джессика опять улыбнулась:
— Но я и не собиралась расплачиваться.
Генри галантно спрашивает:
— Вас отвезти домой?
— Что вы. Я еще буду сидеть в библиотеке до шести.
— Но вы позвоните мне?
— Да, если будет совсем скучно.
Пошла к библиотеке.
Генри ищет на экране телефона улицу Стилхауслэйн. «Понятно. Недалеко. Можно поспать пока».
Ресторан еще не заполнен. Лесли Браун и ее приятельница — чуть полноватая блондинка — сидят на табуретах у стойки. Первый коктейль уже выпит. Лесли Браун — худая сорокалетняя женщина. Черные волосы коротко пострижены, почти «под мальчика». Одежда тоже почти мужская, но поверх рубашки из-под пиджака выглядывает нитка крупных бус из натуральных камней. Судя по размеру — индийская поделка. Приятельницы разглядывают немногочисленных посетителей, отпуская при этом порой нелестные замечания.
Генри входит в ресторан, направляется в угол, садится за столик недалеко от этой парочки. Смотрит карту и заказывает что-то подошедшему официанту. Осматривается, не останавливая взгляд на сидящих у стойки журналистках.
Лесли показывает своей соседке:
— Смотри, Сами, как я буду снимать этого симпатичного бычка. Учись.
— Не удастся, он слишком молодой.
— Смеешься? Если я уйду с ним, ты меня поишь два раза.
— Но, если оконфузишься, тебе оба раза расплачиваться. Договорились?
— Заметано.
Ловит случайный взгляд Генри, как бы случайно улыбается и сразу отводит взгляд в сторону.
Генри ждал именно такой момент. Встает, подходит к журналисткам:
— Дамы. У вас бокалы пусты. Это не дело. Можно вас угостить? Что будете пить?
Лесли поворачивает к нему голову, окидывает его оценивающим взглядом с ног до головы:
— Мы сами разберемся с этим.
Отворачивается. Генри, отнюдь не смущаясь:
