— Оксана? Я приехал. Сейчас на станции «Лондон Естон». Буду минут через пятнадцать, если быстро поймаю такси.
— Прекрасно. Заходите прямо ко мне. Пока.
Оксана лениво смотрит по телефону последние известия.
Звонок в дверь. Оксана встает, открывает дверь.
На пороге появляется Генри:
— К вам можно?
— Проходите. Вы быстро добрались.
— Да, повезло. И поезд не задержался, и такси сразу нашел.
— Что будете пить?
— Минеральную без газа, если можно.
— Да, конечно.
Вынимает из холодильника маленькую бутылочку воды:
— Садитесь, пожалуйста. Выглядите устало.
Генри бросает плащ на спинку кресла, садится:
— Вчера был тяжелый день. Утомительные переговоры о завершении контракта.
— Но завершились удачно?
— Начальство говорит, что удовлетворено завершением.
— А вы, Пьер? Так не считаете? У вас сомнения?
— Честно говоря, мне наплевать, как у наших контрагентов пойдут дальше дела. Мы здесь выступали в качестве консультантов. Я свою часть выполнил. Но что это мы о делах? Расскажите, что вы планируете? Как я обязан развлекать вас?
Оксана смеется:
— Я считала, что это моя обязанность. Планирую показать вам галерею современного искусства. Потом мы проедем в Озерный край, поэтическую область. А дальше, если вам не надоест, посетим Корнуолл. Я могу поменять билет. Вы в Корнуолле были раньше?
— Нет, не был. А об Озерном крае даже не слышал. Я вообще в искусстве и поэзии не подкован, чистая страница.
— Ну, да. Вы же коммерсант!
— В некотором роде, да.
— Мое предложение: до обеда у нас только час, на выставку не успеем, лучше пойдем туда после обеда. А сейчас можно было бы бросить взгляд на Кенсингтонский дворец и сады.
— Да, но я еще должен заказать номер. Давайте так: вы одевайтесь, ждите меня в лобби. Я спущусь заказать номер, брошу свой кейс и тоже присоединюсь к вам. Вы управитесь за десять минут?
— Безусловно.
Забирает плащ и уходит.
Оксана ждет Генри у стойки, пьет сок.
Генри появляется и жалуется Оксане:
— Меня засунули на четвертый этаж. Хорошо, хоть лифты нормальные. Пойдемте?
У входа в отель Генри останавливает такси:
— Я успел посмотреть в Интернете: до Кенсингтонского дворца больше двух километров, да и прямой дороги нет.
Генри и Оксана неторопливо прогуливаются. Прекрасный дворец, круглый пруд, великолепные сады, но Оксана смотрит на часы:
— Мы опоздаем на обед. Я заказала столик в ресторане «Борщ и слезы». Это совсем недалеко — меньше километра. Пройдем пешком, здесь мы все равно не возьмем такси.
— Странное название для ресторана: что-то непонятное и слезы!
— Это русский ресторан. Борщ — это национальная русская еда. Попробуйте — вкусно.
— Никогда не был в русском ресторане. Посмотрим.
Типичная торговая улица — Бошам Плейс. Однообразные трехэтажные здания. Сплошные магазинчики, конторы, салоны и всякие мелкие бизнесы.
Генри насчитал пять кафе на расстоянии сотни метров. Собственно, вся улица — длиной в двести метров. Ресторан ничем не отличается от других. Четыре ступеньки вверх, и они оказались в ресторане.
Генри разглядывает зал, пока Оксана на русском языке заказывает обед. Зал небольшой, столик прямо у окна, но на улице свет не очень яркий, да и в зале лампы приглушены.
Оксана докладывает:
— Я заказала винегрет, грибочки, борщ со сметаной, шашлык из баранины, вам дополнительно «мясо Распутин», мне блины с копченым лососем и красной икрой и чай. Из вин — Цинандали, это легкое вино.
— И это всё национальные блюда?
— Да, но не все русские. Шашлык — это что-то кавказское, типа израильского а-ля эш. Хотя вы и этого, наверное, не знаете. А борщ — действительно русское или украинское блюдо. Мне так нравилось, когда бабушка готовила его. У мамы так не получалось.
Постепенно на столе появилось все.
Генри вдыхает запах борща. Совсем, как в детском доме.
Вспоминает столовую детского дома, Розу Марковну — необъятную даму, жалостливо вздыхающую, глядя на маленького, худенького мальчишку, подкладывающую ему в борщ кусок мяса побольше.
— Вырастай большой скорее.
И следом другой эпизод.
Вот он прибегает на кухню в слезах:
— Они опять меня побили.
Роза Марковна отвечает ему:
— Но ты должен давать им сдачи.
— Они сильнее меня, и их много.
— Ты совсем, как мой Боренька. Он не умел драться, прибегал ко мне жаловаться. Бедный мой малыш. За что его забрали с первого курса института? И погиб где-то за рубежом. Даже похоронить его не смогла, и не знаю, где его могилка.
Попроси нашего учителя физкультуры Сергея Трофимовича. Он добрый, только на вид сердитый, он тебя научит давать сдачи.
И снова детский дом. Физкультурный зал, пожилой физрук и маленький мальчик. Физрук показывает приемы самбо:
— Запомни, никогда не выдавай, что ты боишься. Бей первым. И лови момент, когда противник в движении. Он может быть неустойчивым. Нужно использовать его массу, его напор, чтобы он полетел на землю.
Оксана замечает, что Генри совсем не слышит ее:
