Где моя сестра? полностью

– Но они могут отслеживать номера машин.

– Если и так, у них нет данных о том, что машина принадлежит мне, потому что я не стала записывать ее на свое имя.

– Почему?

– Потому что ее хозяин все еще остается таковым, хотя он мертв. С точки зрения закона он владелец «Мустанга».

– Сколько времени это у нас займет?

– Нам нужно проехать около двух тысяч двухсот миль, – ответила Пайн. – Тридцать три часа, если мы не будем останавливаться.

– Я уже не так молода, как мне хотелось бы, – заявила Блюм. – Нам придется остановиться, чтобы немного прийти в себя.

– Мой мочевой пузырь не так велик. Но нам почти все время нужно будет ехать по сороковой автостраде, а к западу от Миссисипи мы сможем почти лететь. Так что дорога займет два дня. Если вы сможете сесть за руль.

– Амбициозный план. Но я в игре. Кстати, о полетах: самолет исключался?

– Кредитные карты, удостоверения личности… Мы сразу бы попали в систему. Да, это исключено. Вот почему только наличные. У меня есть дебетовая карта на крайний случай, но она привязана к счету моего друга. Потом я просто верну ему деньги, если возникнет необходимость взять их оттуда. И по возможности мы не должны использовать наши настоящие имена. Иначе можем попасться. И нам не следует распаковывать вещи – вдруг придется быстро уносить ноги.

– Принято. А куда ваш друг отведет мой «Приус»?

– Достаточно далеко, чтобы всякий, кто отслеживает ваши передвижения, поверил, что вы уехали в Лос-Анджелес. Не беспокойтесь, он будет хорошо заботиться о вашем автомобиле.

– А внедорожник?

– Я выбрала гору Нибо не просто так. Моя подруга, которая на нем уехала, и в самом деле намерена уйти в горы на две недели. И я сомневаюсь, что за ней будут следить до самого конца, – они вернутся, как только убедятся, что внедорожник едет в нужном направлении.

– А ваш телефон? – спросила Блюм.

– Остался во внедорожнике. На случай, если они его отслеживают, я в обозримом будущем нахожусь в Юте. Ваш телефон я положила в «Приус». И взяла с собой несколько одноразовых. Они лежат в сумке за вашим сиденьем. Я загрузила в каждый все важные номера, а также портрет фальшивого Бена Приста.

– А они могут отследить покупку одноразовых телефонов и сим-карт?

– Могли бы, если б я их покупала. Но это сделал для меня другой человек в качестве одолжения. Шесть месяцев назад.

– Еще до того, как вы узнали, что они вам потребуются? – удивилась Блюм.

– Я предпочитаю быть готовой к любым неожиданностям и иметь возможность уйти с радаров, но при этом оставаться на связи. – Этли посмотрела на свою спутницу. – Нам нужно быть на высоте, верно? Мы теперь играем в высшей лиге.

– Я поняла это, как только начала работать на ФБР. – Блюм посмотрела на часы. – Уже почти час ночи. Вы готовы дальше вести машину?

– Я спала на полу своего кабинета восемь часов. Меня хватит по меньшей мере до Оклахома-Сити.

– Но ведь до него довольно далеко?

– Примерно тринадцать часов, если вдавить педаль газа в пол. И мы можем остановиться для позднего ланча.

– Ваша выносливость впечатляет, – сказала Блюм.

– Я добралась на этом автомобиле от Восточного побережья до Юты за два с половиной дня и останавливалась только для того, чтобы воспользоваться туалетом и немного подремать на парковках, а ела на ходу. – Пайн похлопала ладонью по приборной доске. – В нем есть что-то особенное. Когда сидишь за рулем, хочется ехать все дальше и дальше.

Прошло некоторое время.

– Вы не верите, что Джордан и Кинкейд нашли в Гранд-Кэньон тайную пещеру с египетскими артефактами? – нарушила молчание Пайн.

– Нет, не верю.

– А ваш отец?

Блюм ответила не сразу.

– Я думаю, мой отец хотел в это верить. Мы не раз спускались в каньон и искали. Конечно, ничего не нашли.

– Даже с учетом букв дж. и к. на входной двери? – спросила Пайн.

Блюм улыбнулась.

– Мой отец всю жизнь ненавидел свою работу. И мечтал стать искателем приключений вроде Индианы Джонса.

– Он еще жив?

– Нет, мои родители умерли. А у вас?

– Моя мать жива.

– Где она живет?

– Вам лучше немного поспать, чтобы иметь возможность сменить меня, когда я устану.

Пайн ехала вперед.

В Оклахома-Сити они поели барбекю. Потом Блюм, которая бо́льшую часть пути проспала и чувствовала себя превосходно, села за руль, а Пайн перебралась на пассажирское сиденье, отодвинула его максимально назад, чтобы вытянуть длинные ноги, и мгновенно заснула.

Блюм ехала дальше, делая лишь короткие остановки, чтобы сходить в туалет и размять ноги, а один раз час поспала на парковке. Когда они приближались к Нэшвиллу, свернула на заправку и разбудила Этли.

– Небольшой отдых, – сказала она. – И нам пора меняться. Я устала.

Пайн кивнула. Было совсем темно, но до рассвета оставалась еще пара часов. На пустой парковке горел только один довольно слабый фонарь.

Этли зевнула, потянулась, потерла шею и пошла за Блюм к туалетам.

Не успели они закрыть дверь, как та снова распахнулась.

Внутрь вошли трое парней.