– Верно. Более того, на прошлой неделе у нас была игра, но он не пришел. Я позвонил ему, однако он не ответил. Правда, Бен довольно часто уезжает… Я уверен, что он вернется. – Священник немного помолчал. – Так вы друзья с Беном?
– Да. И с его братом Эдом и его семьей.
Отец Пол наморщил лоб.
– Как странно… Бен никогда не упоминал брата.
– Эд Прист. Он живет в Мэриленде с женой и детьми.
– Хм-м-м… Ну, если подумать, Бен всегда неохотно говорит о себе. Он предпочитает слушать других.
– Да, он такой, – согласилась Пайн.
– Откуда вы его знаете?
– Через общих друзей. И знакомы мы не так давно. Я рассчитывала встретиться с ним во время этого визита. Однако он перестал отвечать на мои телефонные звонки.
– Вы заходили к нему домой? – спросил священник.
– Да. Но мне никто не открыл.
– А он знал, что вы приедете?
– Да. Мы даже строили планы, как будем проводить время.
Теперь отец Пол выглядел встревоженным.
– Надеюсь, с ним ничего не случилось.
– Я уверена, что с ним всё в порядке. Вы же знаете, он часто уезжает. – После небольшой паузы она добавила: – Вот только я не знаю куда.
Отец Пол уселся на скамейку рядом с ней.
– Вы сказали, что познакомились с Беном через его друзей. Насколько хорошо вы его знаете?
– Странно… Он производит впечатление человека, не склонного рассказывать о себе, как вы и говорили. А вы что о нем знаете?
– Вероятно, не больше, чем вы.
– Я даже не знаю, чем Бен зарабатывает на жизнь. Он как-то упоминал политику и правительство, ну, что-то в таком роде… Полагаю, многие люди здесь заняты подобными вещами.
– Да, вы правы. – Священник кивнул. – Вероятно, половина моих прихожан как-то связана по работе с федеральным правительством.
Пайн попыталась улыбнуться.
– Я знаю, это прозвучит глупо…
– Что?
– Мне всегда казалось, что Бен может быть… ну… шпионом.
Тут улыбка Пайн стала шире, словно она считала свое предположение смешным, хотя рассчитывала, что отец Пол проглотит наживку.
– По правде, я и сам так думал, – сказал он.
Этли сделала вид, что удивлена.
– Правда? И почему?
– Миллион незначительных причин, каждая из которых сама по себе ничего не значит. Но вместе они подвели меня к мысли, что он находится на
– Мне очень хотелось бы его найти. Вы знаете кого-то из его друзей?
Отец Пол задумался.
– Ну, есть один человек, Саймон Рассел. Он также играет в нашей лиге. Так уж получилось, что его привел Бен. Мы сделали для него исключение, ведь он не принадлежит к нашему приходу. Насколько я понял, они вместе работали. Во всяком случае, раньше.
– И чем он зарабатывает на жизнь?
Отец Пол улыбнулся.
– Похоже, он такой же, как Бен. Ничего про себя не рассказывает. Однако у него великолепный трехочковый бросок.
– А как он выглядит?
Священник удивился.
– Вы говорите как полицейский.
– Нет, но мне хотелось бы его узнать, если мы случайно встретимся.
– Немного выше, чем я, и очень худой. У него почти не осталось волос. Небольшая бородка. Такого же возраста, как Бен… ну, может быть, чуть старше.
– Вы знаете, как с ним связаться?
– На самом деле да. Однажды я заходил к нему домой выпить с Беном и несколькими другими игроками. Мы заняли первое место в лиге в прошлом году, одержав победу в ответном матче, и Саймон под влиянием момента пригласил нас отпраздновать. Я подумал, что это очень мило с его стороны. Бен живет рядом, но он никогда нас к себе не приглашал.
– Он держится особняком, – заметила Этли.
– И это еще слабо сказано.
Отец Пол написал адрес на листке бумаги и отдал его Пайн.
– Если вы найдете Бена, – сказал он, когда провожал ее к выходу, – попросите его позвонить мне. Я хочу знать, что с ним всё в порядке.
– Я так и сделаю, – обещала Этли, оглядывая внутреннее убранство церкви. – У вас тут красиво.
– Так и есть. Но это лишь внешние атрибуты. Главная сила любой церкви, я надеюсь, прихожане. Иисус был бедняком. Вера являлась его истинным сокровищем. Вы католичка?
– Нет. Мои родители не водили нас в церковь. И, боюсь, теперь, когда я стала взрослой, у меня уже не появится такой привычки.
– Ну, это никогда не поздно.
Она печально посмотрела на него.
– Вы действительно так думаете?
Пайн остановила «Мустанг» у тротуара напротив дома, в котором жил Саймон Рассел, расположенного рядом с Капитолийским холмом. Как и Старый город Александрии, этот район был одним из самых дорогих и престижных. Пайн два года работала в округе Колумбия в Вашингтонском офисе ФБР. Единственное жилье, которое она могла себе позволить на оклад GS-13[23], – дешевая двухкомнатная квартира в полутора часах езды от центра.
Чем бы Рассел ни зарабатывал на жизнь, платили ему хорошо. «Интересно, – подумала Пайн, – как выглядит его жилище внутри – такой же у него спартанский вид, как у Приста?» Впрочем, возможно, сегодня она ничего не сумеет выяснить. Несмотря на то что в доме было много окон, ни в одном не горел свет; во всяком случае, Этли его не увидела.
