Заметив боковым взглядом движение, обернулась, чтобы увидеть согнувшегося пополам Олдера. И если вначале я испугалась за него, то заметив трясущиеся от смеха плечи, чуть не пнула ногой. Раз этот оболтус ржет как лошадь, значит опасности никакой нет. Переведя взгляд на борющуюся парочку, рявкнула.
— Успокоились! Оба!
Ирланд тут же отпустил ножку софы и Илди, не удержав равновесие, опустилась на свою пятую точку, выпустив злополучный хвост из цепких ручек. М-да… если судить по ойку и болезненной гримасе на лице девушки, не такая уж ее задняя часть и мягкая. А вот нечего хватать что ни попадя в руки, ну или надо отъедать задницу, чтобы не так больно было падать. Это если не имеешь возможности подстилать себе соломку.
— И что здесь происходит?
Еще раз осмотрев разгромленную комнату, заметила прижавшуюся к двери Ниру. Судя по ее обескураженному лицу, она, так же как и я, не в курсе происходящего. Потом мой взгляд наткнулся на перевернутый стол, прошелся по грязному полу, на котором валялись осколки битой посуды вперемешку с едой, и вернулся к потирающей пострадавшее место хулиганке. А как ее еще назвать после учиненного погрома?
— Ирланд грязный. Видели бы вы как он наследил тут за ночь. Вот я и хотела его помыть. Только кто же знал, что он боится воды.
Девушка, пыхтя как паровоз, обиженно посмотрела на рептилию, прижавшуюся к моей ноге. Не знаю насколько он был раньше грязный (вчера меня как-то не очень сильно впечатлила его красота, поэтому именно к этому аспекту не присматривалась, хватило перьев, хвоста с жалом и нескольких рядов острых зубов), и так ли срочно надо было его купать, но сейчас водные процедуры необходимо было принять не только моему пернатому другу, но также и моей безголовой подруге.
Взгляды всех в комнате были направлены на меня в ожидании выводов и вердиктов. С одной стороны, я довольно спокойный человек, но с другой, вот именно сейчас мне хотелось кое-кому наподдать, независимо от того, что этот кто-то давно вышел из возраста когда принято учить уму-разуму. И это желание было не только в отношении двух бедокуров, но и еще одного зубоскала, который должен был этот беспредел остановить, а не веселиться за чужой счет.
— Ты, — мой указательный палец остановился на обвившем мою ногу хвостом ящере, — идешь спокойно мыться. Понятно?
Мне вчера вроде как кто-то говорил, что эти рептилии достаточно разумны, чтобы понимать, что им говорят. И если судить по несчастным глазам, смотрящим на меня взглядом побитой собаки, это так и есть. Вот и отлично. Мой взгляд переместился на Олдера.
— Ты — идешь его купать.
— А я-то тут при чем? — удивленное возмущение на градус повысило мое настроение.
— Притом. Это чтобы жизнь малиной не казалась. Да и за просмотр представлений платить принято.
Недовольно поджав губы, мужчина исподлобья посмотрел на прячущегося в подоле моей одежды ирланда. А я тем временем уже смотрела на вдруг заметившую что-то очень интересное на полу девушку.
— Илди, а ты, как главная виновница произошедшего, помогаешь Нире убрать тот срач, что вы здесь учинили. Через полчаса жду всех на завтрак.
Больше не говоря ни слова, я вернулась к себе в спальню и только тогда позволила улыбке появиться на моем лице. Это же надо, чтобы взрослые люди (да что там взрослые, им же по несколько десятков столетий) вели себя как малые шкодливые дети? М-да. Ничего, это не самое худшее, что может быть. Даже не так. Это просто замечательно, что несмотря на возраст они еще могут себя так вести. А раз так, то все у нас будет хорошо. Поэтому, нечего стоять, надо идти умываться и приводить себя в порядок. Впереди нас ждет новый и, надеюсь, интересный день.
Молодым людям, чтобы закончить свои дела, а потом еще и переодеться, понадобилось немного больше времени. Поэтому за стол мы сели не через полчаса, а через час. Нира, как всегда, ловко накрывала на стол, не забыв принести мелко нарезанное сырое мясо и для ирланда. Последний, так как чувствовал себя сегодня гораздо лучше, обиженно посматривая на меня, ел самостоятельно. Вот и молодец. Хороший мальчик. Опустив руку, я погладила его по еще влажным перьям на спине. От этой простой ласки он, прикрыв глаза, облегченно вздохнул, а потом еще и лизнул мою руку своим раздвоенным холодным языком. Никаких неприятных ощущений при этом я не почувствовала.
Остальные, несмотря на проделанную работу, смеясь вспоминали и пересказывали мне некоторые моменты из утреннего происшествия. На душе было спокойно. Все же как это замечательно, когда сидишь за чашечкой горячего шиза в компании хороших друзей, а не в пустой квартире напротив телевизора.
Но насколько бы ни было хорошее настроение у молодых людей, я все же заметила, что у Ниры оно было ничуть не хуже. И что-то мне подсказывает, связано оно не с утренним представлением.
— Нира, а ты ничего нам рассказать не хочешь?
Замолчав, Олдер с Илди тут же заинтересованно посмотрели на служанку. Долго уговаривать женщину не пришлось. Она, как только увидела, что внимание всех сидящих за столом принадлежит только ей, тут же выпалила.
