Разожгу свою душу среди белопенного поля,Где кочуют снега и где мыши в соломе снуют.Разве осень ушла? Разве нет уже счастья и боли?А на небе созвездья о доле небесной поют.Осень, где ты сейчас? Я тебе освещаю дорогуСвоим рыжим огнём, источающим пламень души.Выйди, осень-любовь, из-под снега до Бога!Ты спасала меня! Я спасаю тебя! Поспеши!<p>Достоевский на каторге</p>…я там себя понял, голубчик… Христа понял… русского человека понял и почувствовал, что и я сам русский, что я один из русского народа. Все мои самые лучшие мысли приходили тогда в голову, теперь они только возвращаются, да и то не так ясно.
Фёдор Михайлович Достоевский (из письма Владимиру Соловьёву)Тобольска гул. Пропал из виду Невский.Позёмка выла посреди времён.Из Петербурга прибыл Достоевский,Вернее, был в застенки привезён.Тобольск и Омск. Четыре долгих годаОн в тюрьмах вопрошает сам себя:Что есть душа? Чем стала несвободаВ его судьбе? Как выживать, скорбя?Он будет жить суровой снежной далью,Евангелием тёплым и родным,Подаренным Фонвизиной Натальей…Здесь Достоевский вызревал иным:Не псом побитым вовсе, не страдальцем,Невзгоды собирающим в клубок.Он пребывал Господним постояльцем,К нему на нарах прикасался Бог.А каторжане – воры и убийцы,Непостижимый подневольный сброд —Не толстосумы и не кровопийцы,А кровный, русский, страждущий народ.Да, каторга ломала самых дерзких,Тюрьма – страшнее язвы моровой.Но здесь, в тюрьме, родился Достоевский —Великий гений мысли мировой.<p>Виктор Астафьев</p> 
