Где скрывается правда полностью

– Нет. Она его никогда не снимала, потому что очень боялась его потерять.

– Значит, во время убийства оно было на ней.

– Да. То есть было бы странно, если бы его не было.

– Он не снял с нее ожерелья, – говорю я. – Он снимал трофеи со всех девушек, у каждой забирал по украшению, но оставил на Лори ожерелье с ее именем.

Дождь отбивает на лобовом стекле барабанную дробь.

– Откуда… – Кэлли замирает с открытым ртом, – как полиция упустила такую важную деталь?

– Они не упустили, – тихонько говорю я.

Кэлли молча слушает, пока я ей рассказываю о матери Рей Фелис – как она годы спустя призналась в том, что на Рей не было кулона. Когда я заканчиваю, на ее лице появляется изумление.

– Обалдеть. – Она поднимает скорость на дворниках и глядит прямо перед собой, еще сильнее схватившись за руль. – Обалдеть.

– Было ведь непонятно, почему Стоукс выбрал Лори, – говорю я. – Кто бы ее ни убил… сделал он это по личным причинам.

– Но зачем? – шепчет Кэлли. – Кто ее настолько сильно ненавидел?

«Держись от меня подальше».

Одна деталь способна перевернуть всю историю с ног на голову. Теперь я это понимаю. Ожерелье. Телефонный звонок. Самые незначительные мелочи могут оказаться вопросом жизни и смерти.

Не мне решать, какие из них имеют значение, а какие – нет. Теперь я это понимаю.

– Джослин. – Я заставляю себя выговорить ее имя. – Той ночью они с Лори разговаривали по телефону. Они спорили, не знаю, о чем. Я их подслушала, когда ходила в туалет. Лори все повторяла: «Держись от меня подальше». Потом, когда она повесила трубку, я перезвонила по тому же номеру – и услышала автоответчик из моего дома.

Кэлли молчит. Перед нами вдруг резко останавливается другой автомобиль. Кэлли ударяет по тормозам. Нас кидает вперед. Я ударяюсь затылком о подголовник и думаю: она обо всем расскажет Мэгги, и все будет кончено.

– Полиция допрашивала Джос, – продолжаю я. – Она не рассказала им о телефонном звонке. Я испугалась, что если на нее наябедничаю, то ее посадят в тюрьму за вранье. Чем старше я становилась, тем непонятнее казалась та ночь… Она могла соврать, потому что она это сделала – убила Лори.

Кэлли вся оцепенела; у нее был такой вид, как будто она заблудилась где-то. Наконец она открывает рот:

– Почему ты не рассказала мне?

– Она – моя сестра, Кэлли. Если бы ты кому-нибудь проговорилась… неизвестно, что стало бы с ней. Знаю, я поступила ужасно. Если бы я сказала правду, начали бы искать других подозреваемых, не только Стоукса. Если Джос убила Лори, то в том, что она сбежала, виновата я…

– Тесса, – говорит вдруг Кэлли волевым голосом, – ты не сделала ничего плохого.

С сердца падает камень. Я и не догадывалась, насколько мне важно было услышать эти слова от Кэлли, пока она их не сказала.

– Но если ее убила Джос…

Кэлли поднимает руку.

– Ты не понимаешь. Этого никак не могло произойти.

– О чем ты говоришь?

– Об окне в гостевой комнате, – отвечает Кэлли. – Стоукс – в смысле, человек, убивший Лори, – разрезал сетку, чтобы попасть внутрь.

Я пытаюсь припомнить, читала ли где-нибудь об этой детали. Нет, про окно не говорилось ни в одном из протоколов судебного заседания, опубликованных в прессе. Я просматривала их все.

– Это точно?

– Да, нам пришлось ее заменить, перед тем как выставить дом на продажу, – говорит Кэлли. – Подумай: Джослин не стала бы резать сетку на окне Лори, чтобы попасть к ней в комнату.

– Потому что она знала, где вы хранили запасной ключ, – заканчиваю я за нее.

Гринвуды так и не успели сделать для Лори собственный ключ от дома, но она приходила и уходила, когда хотела, пользуясь ключом, который был спрятан под специальным камнем, раскрашенным Кэлли. И не сосчитать, сколько раз мы вчетвером вместе возвращались из бассейна к ужину, а потом, если Мэгги не было дома, стояли в полотенцах и ждали, пока Лори достанет ключ и впустит нас в дом.

– Если бы Джос хотела, она могла бы спокойно пройти через парадную дверь, чтобы попасть к нам в дом, – говорит Кэлли. – Так было бы логичнее.

Действительно: если сетка была разрезана, значит, в комнату к Лори, скорее всего, влез незнакомец.

– Почему Лори не закрыла окно? – спрашиваю я Кэлли. – Она ведь знала, что мы видели кого-то на улице… Почему она не заперла окно, раз легла спать на первом этаже?

– В свободной спальне не было кондиционера. – Кэлли накручивает локон на кончик пальца. – Наверное, было жарко. Или она просто не поверила, что снаружи кто-то был.

Мне в голову приходит мысль.

– А может, она кого-то ждала.

– В смысле, парня? – Кэлли хмурится. – У Лори был парень в колледже.

Я откидываюсь на подголовник и закрываю глаза.

– Возможно, все было не так. Она могла связаться с плохой компанией, пока была здесь.

Кэлли хмыкает.

– С торговцами наркотиками? Лори была не такой.

В конце предложения она оставляет место для «но». Но вот твоя сестра была.