Где сокрыта библиотека полностью

― Как скоро они ответят? ― спросила я, глядя на зачарованную чашку.

Уит наполнил тарелку едой и протянул ее мне, а затем наполнил вторую впечатляющим количеством съестного.

― Думаю, что скоро. Вот, видишь? ― Уит указал вилкой на чашку. ― Уже работает.

Вода стала серебряной, а когда я поднесла ее ближе, на ней появилось лицо дяди Рикардо, искаженное от постоянной ряби на поверхности.

― Наконец-то, ― прорычал дядя. ― Уже несколько дней прошло, Инез. И не думай, что мне неизвестно, куда ты отправилась. Лорена мне все рассказала. Какого черта ты забыла в Александрии?

― Ты дважды заливал ковер, ― сухо заметила я. ― Нам пришлось ходить по комнате в обуви, потому что мы рисковали намочить чулки.

― Это меньшее, что ты заслуживаешь за то, что заставила меня нервничать, ― огрызнулся он. ― Я застрял в этой камере, а ты в сотне километров от меня и наверняка уже попала во всевозможные неприятности. И ни одного сообщения. Ты хоть представляешь, что я пережил?

Я поежилась, полностью пристыженная.

― Мы были заняты, ― сказал Уит, не переставая жевать. Каким-то образом он уже опустошил половину своей тарелки.

― Это Уитфорд? ― спросил дядя Рикардо. ― Передай этому подонку, что ему следовало бы лучше… В чем дело, Абдулла? ― дядя отвернулся, и я услышала чей-то приглушенный голос. Дядя Рикардо вернулся к чашке, закатив глаза. ― Абдулла считает, что я слишком строг с вами. Он передает приветы, поздравления и, не знаю, что-то еще. Здоровья на веки вечные или что-то в этом роде.

Я рассмеялась.

― Мы могли бы с ним поговорить, por favor?

― Я не достоин еще нескольких минут? ― требовательно спросил дядя.

Уит прервал трапезу и опустился рядом со мной на кровать. Он прижался своей щекой к моей и заглянул в чашку.

― Это важно, Рикардо.

― Хмпф, ― сказал он и исчез.

Мгновение спустя в чашке появился Абдулла, он выглядел усталым и исхудавшим, борода закрывала всю нижнюю часть его лица.

― Как вы себя чувствуете? ― взволнованно спросила я.

― Намного лучше, когда вижу вас двоих, ― ответил Абдулла. ― Я так рад за вас. Вы отличная пара. Вот бы еще найти кого-нибудь Фариде. Я бы очень хотел, чтобы она остепенилась с подходящим человеком…

― Абдулла, ― решительно перебил его Уит. ― Нам нужно с тобой кое о чем поговорить.

― А?

Мы быстро пересказали ему все видения, которые посещали меня, опустив произошедшее на маяке. Моему дяде не нужно было знать об Айседоре или о том, что Уит был ранен. У него появились бы вопросы, а у нас не было времени его успокаивать.

И в любом случае, нам пришлось бы врать.

Я не знала, получится ли выбраться живыми из текущих обстоятельств, и от понимания этого у меня скручивались внутренности. Я отбросила волнение в сторону, сосредоточившись на словах Абдуллы.

― Подземные каналы? ― спросил Абдулла. ― Вы, должно быть, говорите о древних цистернах Александрии.

― Цистернах? ― переспросил Уит.

― Это было во времена Александра Македонского, когда он только основал город, назвав его, конечно же, в свою честь. Он принимал активное участие в проектировании города, в том числе уделяя особое внимание тому, чтобы у жителей был доступ к питьевой воде. Под городом располагались сотни цистерн, которые обеспечивали александрийцев водой, и все они были объединены системой каналов, питаемых Нилом. Но каналы использовались не только для воды, ― считается, что Юлий Цезарь послал своих солдат по этим путям, чтобы скрыть наступление, когда он помогал подавить восстание брата Клеопатры, Птолемея XIII.

Мы с Уитом обменялись взглядами, и я почувствовала, что нас посетила одна и та же мысль. Это Клеопатра рассказала Цезарю о подземных водных путях.

― Значит, подземные каналы тянутся по всему городу, ― подметил Уит.

― Да, ― подтвердил Абдулла. ― Кстати, всё, что мне известно об этой подземной сети каналов, я узнал благодаря огромной работе Махмуда эль-Фалаки, человека с множеством талантов: придворного астронома, археолога, физика и картографа. Его задачей было составить карту древней Александрии, и ему удалось определить точное местоположение зданий во времена античности. Конечно, никто в англоязычном мире не поверил ему и не удостоил должного признания, ― сказал Абдулла, с грустью покачав головой. Его лицо размывалось от движений, по воде пошла рябь.

Хотя вся эта информация была весьма познавательной, она не помогла нам понять, где Клеопатра могла спрятать алхимический трактат по пути во дворец, чтобы попросить аудиенции у Юлия Цезаря.

― Полагаю, там больше ничего нет, ― сказала я.

― Ну, раз уж ты об этом упомянула, ― медленно произнес Абудлла. ― Есть одна легенда, которая популярна среди археологов. Но это всего лишь домыслы без каких-либо доказательств, основанные на обрывках древних рукописей.

Я поддалась вперед, сердце трепетало от волнения.

― О чем вы говорите?