— Нет, благодарю, — ответил месье Масперо, отступая в сторону, чтобы дать двум другим мужчинам пройти в гостиничный номер моего дяди.
— Эти люди пришли арестовать вашего дядю и его делового партнера Абдуллу.
—
Мой дядя вскочил на ноги, его лицо пошло красными пятнами.
— На каком основании?
— За обнаружение гробницы Клеопатры, о чем вследствие не сообщили, и мумии, которая вместе с артефактами ныне числятся пропавшими, — он резко вздохнул, сузив глаза в отвращении. — Мы сочли вас и вашего сообщника ответственными за потерю национального достояния Египта.
— Подождите минутку, — дядя сделал шаг в сторону от двух мужчин, намеревавшихся схватить его. — Я могу объяснить, чем мы руководствовались.
— Что для меня совершенно очевидно, так это то, что никто из вас не
— Вы не можете их забрать, — закричала я, закрывая дядю Рикардо собой. — Пожалуйста, сэр, вы не обладаете полной информацией.
—
— Успокойтесь, мадемуазель, — сказал месье Масперо. Он дернул подбородком в мою сторону, и один из его спутников схватил меня за руку и подтолкнул к дивану. Он надавил мне на плечи, заставляя опуститься на подушки. — Вы впадаете в истерику.
— Не трогай ее, — прорычал дядя Рикардо.
Месье Масперо щелкнул пальцами.
— Арестуйте.
— Это не их вина, — прокричала я, вскакивая на ноги и перекрывая возмущенный рев дяди. — Моя мать все украла. Вместе с мистером Финкаслом!
В комнате воцарилась гробовая тишина, и все повернулись в мою сторону. Непроницаемое выражение лица месье Масперо смягчилось, сменившись выражением глубокой жалости. Словно я несла чушь, будто бы я смела утверждать, что живу в замке на Луне.
— Мадемуазель, — мягко произнес месье Масперо. — Ваша мать мертва. Ее больше нет.
— Нет, она
— Перестаньте, — сказал месье Масперо более резким тоном. — Я не намерен выслушивать подобные речи. Ваш дядя и его деловой партнер должны ответить за свои действия.
— Но…
Один из мужчин попытался схватить моего дядю за запястье, но тот с рычанием вывернулся из его хватки. Другой, невысокий мужчина с длинными бакенбардами, ухитрился схватить дядю за плечо.
Рикардо нанес удар, а затем застонал, схватившись за руку. Кровь проступила на рубашке.
— Швы! — воскликнула я.
— Не делайте хуже, — холодно сказал месье Масперо моему дяде.
— Ты закрываешь глаза на других археологов и их открытия, — возмутился дядя Рикардо. — Не притворяйся, что играешь чисто. Твои руки такие же грязные, как у остальных. Подумай, Масперо! Не существует никаких систем или способов защиты находок от рук жадных коллекционеров и дилеров. И это
— Как ты смеешь? — вскипел месье Масперо. — На протяжении всего следствия ты будешь сидеть в каирской тюрьме. И поверь мне, я изучу все досконально. — Он посмотрел в мою сторону. — Хорошего дня, мадемуазель.
Я уставилась на него, разинув рот, когда двое мужчин выволокли моего дядю из комнаты. Я бросилась за ними, жалея, что у меня нет сил помешать им забрать дядю Рикардо. Но какой властью я обладала в этой ситуации? У меня не было ни влияния, ни полезных связей. Мой голос был лишь шепотом на фоне их голосов.
Разочарование прожгло дорожку прямо к моим рукам, и я сжала ладони в кулаки.
Что я могу сделать? Кто может…
—
Распахнулась еще одна дверь, и из нее вышли двое, они вели под руки Абдуллу, у мужчины был уставший вид и серая кожа. Ему все еще очевидно нездоровилось, отчего ярость вспыхнула у меня в груди. Мой дядя разразился потоком проклятий при виде друга, чьи плечи были опущены, а ноги волочились по полу.
Я последовала за ними, мое сердце бешено стучало о ребра. Другие постояльцы отеля выглядывали из-за дверей своих номеров и с отвисшими челюстями наблюдали на образовавшееся шествие. Мой дядя не прекращал яростно кричать, в то время как Абдулла сохранял молчание.
Мы добрались до лестницы и мужчины протащили их двоих через весь вестибюль на глазах у множества людей, которые слонялись без дела, наслаждаясь благами отеля и заселяясь у стойки регистрации. Именно в этот момент я заметила Уита у входа в Шепард, стоящего подле знакомой фигуры. Его руки были крепко скрещены на груди, словно он с трудом сдерживался, чтобы не наброситься на людей Масперо. Фигура рядом с ним вскинула руки, и я прищурилась, приближаясь, продолжая пребывать в яростном оцепенении.