Сын стянул наушники и прекратил притопывать ногой. Неведомая опасность, забравшая отца и угрожающая матери, держала в тисках и его. Это печатью стояло на его лице. Сейчас он был готов защитить её от чего угодно. Только как и откуда ждать опасности он не знал. Ткнув палец ей в грудь, рассеянно заявил:
— Смотри в какое-нибудь дерьмо не влезь. Я так перенервничал, что Никиту на ноги поднял. Надо отбой ему дать.
Лена раскрыла рот и округлила глаза, а он, повернувшись к ней спиной, принялся названивать Кушниру. И дозвонился, поглядывая на неё, он мило побеседовал.
От упоминания этого имени её слегка тряхануло. Что за проклятый, высокомерный, самодовольный ублюдок вполз в их жизнь. Сын так непросто, не смотря на свою кажущую лёгкость, сходится с людьми, а тут как приклеили. Она ненавидела этого Кушнира даже сильнее, чем, вероятно, он того заслуживает. Решила прямо сразу и безотлагательно, раз уж речь зашла о нём не по её воле, разобраться:
— Сынок, что у тебя общего с тем «телефонистом». Он намного старше тебя и вы такие разные.
Данька сразу дал понять, что он не на её стороне.
— Ма, чего ты так въелась в него. Честное слово, нормальный парень, ты просто к нему предвзято относишься. О! Вспомнил. У вас нашла коса на камень.
— Причём тут какой-то камень? Что ты плетёшь, в самом деле. Он хам. "Этот негодяй Кушнир — слишком красив сам собою. На него на улицах, поди, оглядываются".
— Так не справедливо. Ничего же плохого он нам не сделал, только одно хорошее.
Лена пошла на попятную:
— Ладно, я постараюсь сдерживать себя, злясь на него на расстоянии…
Данька на её заявление поморгал маленько, а потом и заявил:
— Мать, ты только не паникуй. Мы с группой катим в Карпаты на неделю.
Лена растерялась. Остаться сейчас одной ей совсем не хотелось бы. Не сдержавшись, она выпалила:
— Боже мой, а как же я, одна, без тебя? Данька, это не честно!
Сынуля, уплетая за обе щеки, уступать не собирался, а вот поучать — поучал:
— Ёлы-палы, продуктов наберёшь, и будешь сидеть подольше дома, работать. Никита за тобой приглядит, мы обговорили этот вопрос.
"Бац!" Лена подпрыгнула, как будто наступила на гвоздь или грабли саданули в лоб.
— Это ещё зачем? Не нужен мне такой надсмотрщик. Чёртов телефонщик! Позёр несчастный! Знает гадёныш чем меня уколоть. — Поймав удивлённый взгляд сына сбросила обороты и отмахнувшись объявила:- И вообще устала я, пойду, отдохну и поработаю. Поешь, оставь всё на столе, я потом разберусь. А пока не трогай меня.
Он кивнул, но посчитал важным добавить:
— Договорились. Только давай со своими книжными расследованиями без фокусов и переодеваний, а то мне что-то за тебя не спокойно.
Лена подпрыгнула ещё разок, похоже — вторую ногу достала неудача первой. "Не спокойно ему, а катит не желая лишать себя приятного". Натянув маску суровости, рыкнула:
— Что ты имеешь ввиду?
Данька наевшись отвалился на спинку:
— Ты знаешь, что хамелеоны не любят шум, но тоскуют в тишине. Это так на тебя похоже.
Лена сердито отмахнулась:
— Не городи огород. Я устала.
