«Как это не могу? Это же я? Это все только в моем сознании. И если я хочу видеть, то мне нужно лишь открыть глаза и посмотреть».
Однако я все равно почему-то не хочу их открывать и смотреть на тот реальный мир, что окружает меня в действительности. Ведь во мне живет понимание того, что с момента, как я открою глаза, пропадет и все то очарование, которое сейчас так манит и пленяет меня.
«Но как так может быть? – продолжаю отстраненно размышлять я. – Ведь все очарование этого момента создает лишь одно существо. Девушка. И она вполне реальна. Эрея».
На этом месте я пораженно замер.
«Так зачем мне грезы, – как будто свершив великое открытие, подумал я, – когда есть живое воплощение моей мечты, и сейчас оно сидит рядом со мной».
Дальше поразмышлять мне спокойно не дали.
Сначала я почувствовал легкий тычок в бок и услышал насмешливые слова нашего шутника Лениавеса:
– Прекращай симулировать. Я и сам догадываюсь, как это приятно лежать на таких уютных и милых коленках этой очаровательной девушки, тем более когда все ее внимание и нежность достаются тебе. Однако сейчас не время. Как ты понимаешь, нас ждут дела.
«Вот опять он все испортил», – с огорчением думаю я. Но не успеваю домыслить, как чувствую еще один направленный на меня удар. Хоть он и шуточный, но я все же не боксерская груша, предназначенная для отработки ударов ногами, а поэтому, сориентировавшись по выстроенной ментоинтерфейсом схеме и вектору атаки, который был уже просчитан Искателем, блокирую левой рукой ногу корнола в районе голенища.
– Я в норме, – практически шёпотом произношу я, однако так и не могу заставить себя сдвинуться со столь приятного и уютного ложа.
Однако Лениавес в чем-то прав, и нам нужно двигаться вперед, поэтому я собираю всю свою волю в кулак (глядите-ка, а она, оказывается, у меня есть) и открываю глаза.
«Нужно что-то сказать, – думаю я. – Нельзя просто молча встать и уйти».
А поэтому говорю первое, что мне приходит в голову. И как обычно, это оказывается очередная моя глупость.
– Извините. Но мне было действительно очень приятно.
Не знаю, что так смутило девушку в моих словах, но такой реакции я не ожидал. А судя по изумленному лицу корнола, удивила она даже его.
Резкое движение, и Эрея стоит уже в паре метров от меня, у стены туннеля.
«Интересно, что все-таки ее так возмутило», – успеваю подумать я, прежде чем девушка вскакивает, и я скатываюсь с ее таких нежных, теплых и уютных коленок, головой прямо на твердый и холодный пол туннеля.
«Больно, однако», – думаю, приложившись головой об пол.
Однако именно этот удар несколько отрезвил меня и привел мои мысли в относительный порядок, если, конечно, так можно сказать, когда я постоянно говорю сам с собой и советуюсь с неким внедренным в меня сознанием.
А потому уже вполне серьезно я подумал:
«А нечего расслабляться и, забывшись обо всем, мечтать тут о практически несбыточном. Да и заниматься такими несвоевременными вещами посреди довольно враждебно настроенного к нам города довольно-таки глупо».
Так, отчитав себя, я посчитал, что свое воспитание на этом временно можно считать законченным. И как-то резко, даже неожиданно для самого себя, прекращаю прохлаждаться и начинаю действовать, мобилизуя свой организм и переходя в своеобразный режим «разведчика-исследователя». Почему, кстати, я решил, что это именно такой режим, мне было абсолютно не понятно, однако мне так же было точно известно, что так оно и есть.
Ментоинтерфейс на этот вопрос совершенно никакой подсказки дать не смог. В его списке загруженных ментомодулей и гипнопрограмм вообще не было никаких рабочих режимов, в которые был возможен тот или иной перевод текущего состояния функционирования оператора. Была некая эмуляция того или иного ситуационного поведения оператора, в зависимости от окружающей его обстановки, но как утверждал Искатель, сейчас этот тип гипнопрограмм был не задействован и результаты их работы выглядели совершенно по-иному. Не было такой глубины погружения и изменения реакций оператора на те или иные происходящие события.
Однако, как утверждал тот же Искатель, данное преобразование моих реакций в значительной степени повысило мои шансы на выживание, что, по его мнению, является неоспоримым доказательством положительного результата и не требует дополнительных подтверждений в полезности данного свойства моего организма.
Приняв это за некую непреложную аксиому, я успокоился и вернулся к своим мыслям.
«Ну что ж, пора пошевеливаться», – решаюсь наконец я и встал на ноги.
– Вот теперь я действительно в норме.
При этом я непроизвольно улыбнулся, увидев смущенное лицо девушки.
Правда, чтобы не вгонять ее в еще большую краску, тут же делаю вид, что мне срочно, прямо-таки кровь из носу, как потребовалось стряхнуть мусор с моей одежды.
