Сборник рассказов "Где же ты, правда?!" не заставит скучать. Иногда с нами происходят непонятные вещи. Мы не знаем, кто за этим стоит. Но часто задаем себе вопрос: "Это правда было со мной?" Да, правда! Какая бы она ни была, но это твоя правда жизни.
– Раз, два, три! Раз, два, три! Раз, два, три! Равняйсь! Смирно! Так, подойдите, распишитесь, получите свои дипломы. Завтра вас ждет новая жизнь.
«Так, четвертая новая жизнь будет ждать меня завтра. Первая – это детский сад, вторая – школа, третья – мореходка. Четвертая – Мурманск!», – так думал старший электромеханик двадцати лет, садясь на трап самолета! Так думал старший и единственный электромеханик, садясь на свое первое Судно! Да не то судно, что под кроватью. А то, которое бултыхается в плачевном состоянии одно в море, как то одинокое, стоящее под кроватью. Столько у них общего у этих суден! Как и у нас, у судеб!
Так, где же ты, правда?
– Старшему электромеханику подняться на мостик! – слышался противный голос вахтенного штурмана из рубки. «Господи! Помоги мне! Я понимаю, что прошу тебя бессовестно стыдно, так как даже некрещеный. Но все равно прошу, помоги, сделай так, чтобы лампочка на корабле не погасла. Иначе нам всем – хана! Зачем я выбрал эту дурацкую профессию? Романтика или рубль? Что – то мне в данный момент не очень хочется ни того, ни другого. Почему я струсил? Я ведь моряк. Моряк с печки бряк! Господи! Мне бы еще с девчатами пообниматься. А я – в море с этими невыносимыми рожами. Почему матросов называют рогатыми? Наверное, потому, что они хотят доказать всем, что они здесь – главные. И выпускают свои рога! Упертые, наверное, потому и рогатые. А мы, комсостав, – никто! И кэп и дед, и штурманы, и механики, которые уже по десять лет в море ходят. Они – лишние на корабле! Ладно, я еще никто. А почему я – никто? Я окончил мореходку с красным дипломом. Я – высококвалифицированный специалист. Я справлюсь. Как там нас на тренажерах учили? Господи, они пьют на корабле все, будто им жены дома пить не дают. Четвертый механик нажрался сегодня, как в последний раз. Ужасно холодно здесь на палубе! Везде снег лежит. Что за странный звук, не пойму? Откуда доносится?» – размышлял, дрожа, дипломированный специалист, куривший на палубе. Неожиданно размышления старшего электромеханика Дмитрия Огурцова прервал вопль:
– Помогите, спасите, не уходите от меня! Я замерзну здесь!
Дима повернулся, остановился, едва не упал за борт. По снегу босиком бежал, перепрыгивая с льдины на льдину, четвертый механик. Главное, совсем трезвый.
Где же ты, правда?!
– Стоп, машина! – закричал капитан, услышав, как запыхавшийся старший электромеханик Дмитрий Огурцов кричал, что человек за бортом!
Четвертого механика достали живого и невредимого. Налили ему водки через верх, чтобы он согрелся. А его, как закодировали, говорит:
– Все, не буду! Лучше разотрите.
На старых дрожжах, от стресса даже не заболел. Спиртное и адреналин сделали свое дело. По прошествии многих лет, Дима Огурцов с ним виделся, тот сказал, что после того рокового дня, когда он пьяный вывалился за борт, он бросил пить навсегда.
Где же ты, правда?
– Порт! Ребята, что за название такое Тромсе? – спрашивал удивленный старший электромеханик, прохаживаясь по магазинам. – Боже ж ты мой! Магазины красивые! Столько колбасы правда бывает? Разных сортов? А мы думали, есть всего два: докторская и ливерная. Докторскую берем по праздникам, ливерную, говорим собакам, покупаем себе на каждый день. Лучшего деликатеса в жизни ни один иностранец не ел. С картошечкой пожаришь. Класс! Ребята, а спирта сколько, посмотрите! Кукурузный, бамбуковый, виски какие – то, вино разное, название смешное – «Мартини». По – нашему, вермут, потому что очень похож. Виски – тоже наш самогон, только плохого качества! Упаковки, конечно, у них красивые, да Семен? Будем брать? – советовался с другом Дима.
– Конечно, ликеры нужно взять! Смотри, шоколадный, ореховый. Давай, девчатам нашим русским привезем. Они же сладкое любят. Не нужно будет водку в сок добавлять или в лимонад, как обычно делаем и ждем, когда они нам скажут: «Мне больше не наливай, я такая, какая тебе нужна!»
– Дима, а ты в Мурманске с кем встречаешься? – спросил его лучший друг Семен.
– С Катей. Очень хорошая девушка. Я тебя с нею познакомлю. Скромная такая и веселая. Какую хотел. Она учительницей английского языка работает. Тоже, как я, с юга! Ей знаешь, что хочу купить? Самые красивые наряды! Джинсы, кофточку с бусинками, куртку, а если денег хватит, то сапоги, хорошие дорогие.
– Зачем ей дорогие брать?! У нас вообще никаких нет. Она рада будет любым сапогам и кофте. Пошли на барахолку. Там возьмешь ей на эти деньги побольше всего. Смотри, вон Андрей хапает своей все подряд. Только ты не сильно транжирь. На местных женщин немного оставь.
– А зачем мне местные?! У них своя зараза. У нас – своя. Не, я не хочу в Советский Союз лишнюю бациллу привозить. Потом лечись. А вдруг у нас лекарств от этой бациллы нет.
Где же она, правда?!
– Так я не понял, ты на улицу «Красных фонарей» не пойдешь что ли? А зря. Тут девки, знаешь, какие дешевые. Намного дешевле, чем у нас. Они зажравшиеся и дешевые. А наши – голодные и дорогие. Вот парадокс.
Где же она, правда?!
