Оба они — молодые люди, один — сельский житель с окраины греческой цивилизации, а другой — элита, получившая образование в Афинах, центре греческой культуры. Так вот, «сельский житель» уже овладел верховной властью двух городов-государств, а «элита» все еще боролась за выживание на чужой земле. Чтобы сказать, что он не завидовал и ревновал, Ксенофонт бы соврал. Но он отказался уехать отсюда, чтобы начать новую жизнь в незнакомой Магна-Грации.
Дело было не в его самолюбии, просто, будучи афинянином, Ксенофонт всегда верил, что Афины — центр мира.
Пережив поражение в Пелопоннесской войне, экспедицию Кира Младшего и битву со Спартой в Малой Азии, увидев огромную территорию и политическую коррупцию Персии, слабость греческих городов-государств в Малой Азии и военную тиранию спартанцев, он кое-что понял.
Почему экономически процветающие Афины и мощная в военном отношении Спарта не могли объединить усилия и возглавить разделенные и борющиеся греческие города-государства, чтобы победить Персию, которая всегда была враждебна Греции, и создать новую эру для греков?
Ради этого идеала он был готов продолжать сражаться на этой незнакомой земле и тесно сотрудничать со спартанцами, которые давно его интересовали. Поэтому, хотя он и не донес на Тимасиона из-за их отношений как товарищей на протяжении более чем двух лет, он также предотвратил уход большего числа солдат. Он также испытал облегчение, узнав, что спартанский командир скоро сменится, потому что он считает, что Фимтрон не был квалифицированным хармостом Малой Азии, хотя он продолжал выигрывать сражения.
Он записал события, произошедшие за последние несколько дней. Но то событие, когда Тимасион и остальные покинули военный лагерь и отправились в Союз, он на мгновение заколебался, но все же решил не записывать. Дело было не в конфиденциальности, просто он всегда придерживался своего принципа, что в центре его работы находится восточное Средиземноморье. А западное Средиземноморье находится далеко от центра цивилизации, поэтому оно не стоит особого внимания.
После этого он собрал свои черновики и решил отправиться к Хейрисофу, чтобы все хорошенько обсудить. У него было несколько идей и предложений о том, как управлять этими наемниками и не дать их моральному духу угаснуть.
***
После строительства крепости (Крепость — это расширенная версия военного лагеря) Филесий оставил центурию для ее охраны, а затем повел остатки третьей и седьмой бригады обратно в Турии.
Давос вышел навстречу им за город и произнес перед солдатами страстную речь. После этого войска были распущены, а солдаты разошлись по домам. С другой стороны, Филесий пришел в дом Давоса и подробно рассказал ему о процессе захвата Нерулума и Лаоса, а также об общей ситуации в Нерулуме.
Внимательно выслушав, Давос спросил: «Есть ли у солдат первой центурии второй и третьей бригады недовольство тем, что они пробыли в Нерулуме около десяти дней?».
«Пока нет». — Ответил Филесий: «Поскольку вы обнародовали новый план распределения трофеев, с тем, чтобы солдаты, которые остались, получили больше. Я думаю, они очень довольны».
Давос кивнул и вздохнул: «Мы не похожи на Персию, где солдат поддерживает государство, они особенно ответственны в бою и могут выполнять боевые задачи в течение долгого времени. Пять дней — это предел для солдат нашего Союза в добровольческой битве. Если оно превысит это время, нам придется готовить пищу для солдат. Кроме того, если время будет слишком большим, это задержит их занятия сельским хозяйством и зарабатывание денег. И мы не можем допустить, чтобы граждане, сражавшиеся за наш Союз, становились все беднее и беднее. Поэтому раздача трофеев проводится не только в это время. Я надеюсь, что после того, как вы вернетесь к работе, вы и Мерсис сможете обсудить долгосрочный план распределения трофеев с тремя приоритетами.
Во-первых, семьям солдат, погибших на войне, должно быть предоставлено преимущественное право. Во-вторых, войскам и солдатам, добившимся выдающихся успехов в войне, должны быть предоставлены льготы. В-третьих, войска и солдаты, которые выполняют самые трудные боевые задачи, должны пользоваться льготами. Более того, в будущих кампаниях мы можем привлекать союзные войска для совместных операций. Поэтому при составлении стратегических планов распределения необходимо учитывать это обстоятельство и добиваться справедливого и равноправного распределения».
Глава 173
«Я понимаю. Я обсужу это с Мерсисом завтра». — кивнул Филесий.
«Мерсис — скупец, он может захотеть сохранить больше денег в казне, так что ты должен придерживаться своего принципа». — полушутливо сказал Давос.
«Тогда я возьму Аминтаса и Матониса завтра». — сказал Филесий серьезно, затем они оба рассмеялись.
Воспользовавшись радостным настроением, Филесий осторожно выдвинул свою идею: «Архонт, раз уж человек может получать жалованье, занимая государственную должность, не должен ли он получать и жалованье, если не может вернуться домой из-за необходимости долго служить на войне?».
