Это был серьезный шаг. Родители, вопреки моим ожиданиям, восприняли всё серьезно, и повисла неловкая пауза, которая меня немного тяготила.
– Андрей, слушай, это слишком серьезный шаг, на который тяжело пойти… - сказала мать и опять повисла тишина.
Родители выглядели подавленными. Они никак не ожидали, что я их раскрою, и сейчас идти на такие риски им было совсем не на руку. Отец молчал.
– Я понимаю! Но! Я вас никогда ни о чем не просил! Никогда не показывал себя с плохой стороны и не терроризировал глупыми поступками! То, о чем я прошу, очень важно для меня, для Инны. Если она останется там, ей могут сломать жизнь, а вы можете бездействием сломать судьбу мне. Я за последнее время пережил многое и хочу, чтобы у всего была хоть какой-то более-менее положительная развязка. Дайте мне, дайте нам шанс!
– Может, не так все плохо? Твоей подружке через пару лет квартиру государство даст. Ну это так, как утешение, прошедшего уже не вернуть, но впереди же есть и светлые стороны, - говорила мать, пытаясь подойти с какой-нибудь стороны, чтобы отговорить сына.
– А что важнее - убитая квартира на окраине города или здоровая психика со здоровым телом? - я не отступал и смотрел на отца, надеясь найти в его глазах поддержку.
– Ты же понимаешь, что это небыстрый процесс, все может затянуться на месяцы… - произнес отец, понимая, что это дело очень важно и стоит поговорить конструктивно.
– Понимаю! А еще я знаю, что у вас есть куча связей, которые вы можете напрячь и сделать все быстрее! Я вас прошу, сделайте так, чтобы она завтра была уже дома, а всякую бюрократическую волокиту оставьте на потом. Тем более, насколько я знаю, за второго ребенка государство дает деньги, вы можете их обналичить и отдать нам, мы на них проживем, а дальше уже сами найдем, как зарабатывать. Получается, вы даже тратиться не будете, чтобы меня содержать. Понимаю, что вы хотели бы уже съехать из дома и жить своей новой жизнью, но насколько я знаю, на развод тоже нужно время…
– Мы уже подали на него! - сказала мать, от стыда глядя в пол.
Это немного подкосило меня, но надо было держаться.
– Ты предлагаешь нам пойти на преступление! - натянуто бодро сказал отец и улыбнулся после недолгой паузы.
Мать находилась в раздумьях. Мне казалось, что это хороший знак.
– Это серьезный и, как бы ни было, довольно-таки хороший поступок. Если вы его совершите, я буду благодарен вам до конца жизни. Дайте шанс быть каждому из нас счастливым, хоть и придется повариться в бюрократии. А насчет преступления… мы никому не скажем! - На последней фразе я подмигнул отцу, надеясь, что он это оценит.
Отец устало улыбнулся, и опять повисла пауза.
– Мы тебе ничего обещать не будем. Надо подумать как следует, что можно сделать в этой ситуации, - размеренно проговорил отец и посмотрел на мать.
Та, в свою очередь, посмотрела сначала на меня, а потом на папу, и кивнула с уставшим выражением лица. Показалось, что она согласна на мой план, только не очень рада, что придется совершать некую аферу.
– Я верю в вас! - ответил я и вышел на улицу, оставив родителей наедине, понимая, что им надо обсудить много разных вещей.
Инны не было в сети два дня, поэтому в социальных сетях мне делать было нечего. Я решил прогуляться по району, посмотреть те места, в которых давно не был. Речка, которую я так ей и не показал, природа, свежий воздух.
Домой я пришел ближе к полуночи, родители спали, и я в темноте прошел в свою комнату, еще долго валяясь на кровати, не в состоянии уснуть.
Утро. Будильник. Я чувствовал, что уже выспался. Сегодня надо было идти ко второму уроку, так что было время поваляться в кровати. Вообще-то, надо было к первому, но там стояла физкультура. Учитель нас особо не напрягал и обещал поставить оценки, независимо от того, придем мы или нет. Ему самому не хотелось проводить это утреннее занятие, особенно в конце учебного года, и он прикрывался тем, что он понимает, что нам нужно готовиться к экзаменам. Была одна странность. Обычно, вне зависимости от того, к какому уроку мне надо было идти в школу, мама всегда будила меня. А в этот раз она не пришла в мою комнату, и это меня удивило.
