От масляной улыбочки толстяка у меня зачесалась икроножная мышца, случайно соседствующая с метательным ножом за голенищем. Видимо что-то похожее жирной руной высветилось на моем лбу. Трактирщик проглотил улыбочку и бодро заявил.
- У него пятая комната, госпожа. Проспится и уйдет.
- А помочь ему в этом не хотите?
- Помилуйте! Кто захочет связываться с орком, хоть и пьяным. Нет, тем более с пьяным!
- Ясно, - как говорила бабушка, 'если в жизни подряд случаются два минуса, то из них выйдет замечательный плюс! А самое большое количество плюсов где?... правильно, на кладбище!'. - Так чем, вы говорите, можете компенсировать мне временное неудобство? Кстати, вчера я не поела, да и сегодня еще тоже...
Мужик открыл рот для возражения, потом перевел взгляд на мои пальцы, барабанящие по стойке наступательный военный марш и... принял заказ.
Фу-ух, наелась, ну кто бы мог догадаться, что в миниатюрную девушку вроде меня влезет такая прорва еды! 'Твоя бабушка', - ехидно подсказал внутренний голос. Ба-а-бушка...что же ты сейчас делаешь? Может, выговариваешь коту за пробегающую мышь, а потом, забыв, ставишь миску сливок и 'несчастный' Мириш не то, что мышь, даже зад поднять не может! А может, порхаешь по саду, вызывая здоровое недоумение односельчан, почему у тебя цветов больше, чем морковок и помидор у всей деревни. Да и не похожа ты на сельских, как в прочем и я, но опять же, твоими стараниями. Дала мне воспитание благородных, подозреваю, что ты не всегда жила в деревне, хотя все равно никогда не рассказывала о прошлом. Но уверена, есть на это причины, как и на то, почему рассказы о моих родителях тебе так неприятны.
Вынырнуть из омута воспоминаний мне помог звон бьющейся посуды и вдохновенный мат трактирщика. Не оглядываясь на остатки пиршества, я встала и вышла на улицу.
Во дворе дым стоял коромыслом. Торговый люд разгружался и загружался, слуги и подмастерья бегали по поручениям, а кто-то просто праздно шатался, не зная, куда себя приткнуть. Вроде позднее утро, а народу все равно было много. Хотя чего я хотела, это же город!
Позвольте уточнить, это мой первый город, раньше я сидела в своей деревне безвылазно. Я бы может и сейчас там сидела, если бы бабушке, чтоб старушке не чихалось, не приспичило отправить меня к своему старому другу в столицу. Зачем, не объяснила, сказала только, что у них договоренность какая-то. Неприятная ситуация, договор по поводу меня, а я не в курсе. Ну да ладно, на месте разберемся!
- С дороги, девка!
На меня на полной скорости неслась упряжка кого-то из местной знати. Я зачарованно следила, как холеные лошади приближаются ко мне с каждой секундой, ... сейчас меня сравняют с дорогой! Ой-йой! Как жить-то охота! Лошади взвились на дыбы буквально за несколько метров от меня, кучер, матерясь, ловил упущенные поводья, из кареты тоже неслась ругань. Моя персона фигурировала только в восклицаниях кучера, сидящим в экипаже приходилось обобщать эпитеты, в виду нехватки информации.... Решив, что мне здесь делать нечего, я быстренько свернула за угол, краем уха улавливая перешептывания о ведьме с адом в глазах. Вот бы посмотреть на нее!
------------------------------------------------------------------------------------------------------------
Рынок приятно поразил меня своими масштабами! И неприятно ценами... На те жалкие монетки, что у меня остались, можно было купить разве что набойку на сапоги, причем одну. Видимо сначала придется продать находку. Я решила зайти в несколько лавок. Глупо продавать мою безделушку не приценившись, хотя уверенна, что мне предложат за нее в несколько раз меньше, чем она стоит на деле. Что делать, закон торговли.
Первая ювелирная мастерская располагалась на самом краю базара. По ней и окружающим ее магазинчикам без труда определялось, что она рассчитана на состоятельных людей, а не потрепанных дорогой поросят вроде меня. Однако морда 'тяпкой' могла если не исправить, то хотя бы помочь положению.
Я бодренько толкнула входную дверь и вошла под мелодичный перезвон колокольчика, призванного оповещать владельцев о приходе клиента. Обстановка лавки была на высшем уровне, так сказать на самый прихотливый вкус. Мебель буквально лучилась изяществом и утонченной стариной. На мой взгляд, этим креслам, столику и шкафам место в музее, а не у торгашей. А вот и сам хозяин выкатывается из подсобки.
- Простите, благородные господа, что заставил вас жда...
Окончание фразы остался для меня секретом, потому что ювелир увидел господ, то есть меня. Выражение лица из услужливо - подхалимского медленно перетекло сначала в растерянное, потом в неверящее и под конец остановилось на брезгливом. Только не плюнул, честное слово.
- Благодарю за достойный прием, любезный, - вот где пригодились бабушкины уроки! - Мне бы хотелось услышать ваше мнение по вот этому поводу.
