— На сорок пятом часу полета на борту лунного транспортного корабля «Орос» произошла авария. По неизвестным причинам модуль для грузов и экипажа номер четыре начал терять связь с корпусом и оторвался, вызвав ряд повреждений структуры корабля. Повреждения частично устранены, и корабль продолжает полет. В модуле находилось трое членов команды. Мы поддерживаем с ними радиосвязь и получаем их биомедицинские данные, так что нам известно, что все живы. Модуль, однако, теряет воздух. Его пытаются загерметизировать и уже надели вакуумные скафандры. Объект дрейфует на расстоянии примерно восьмидесяти километров от нас и остается позади, притом что мы тоже отклонились от курса и совершаем коррекцию. Мы известили базу на Луне и центр управления «СильверСэндс». Там работают над решением проблемы. Пока всё.
— Нужно за ними вернуться!
Кролик фыркнул. Тайгер успокаивающе поднял руку.
— Нужно кое-что объяснить, — подал голос Янки. — Это космический корабль. Он не может совершать никаких маневров на крейсерской скорости. Просто не получится. Мы летели со скоростью сорок тысяч километров в час. Десять часов назад мы включили тормозные двигатели. Орбитальной скорости, при которой возможны маневры, мы достигнем завтра. Единственный способ вернуться сейчас — это облететь Луну. Мы вводим курсовые поправки, на что уйдет немало топлива маневровых двигателей. Но вернуться невозможно.
— И что с ними будет? Мы их бросим?
— Никто никого не бросает, приятель. Есть две возможности, — Янки показал два пальца. — Они вращаются по инерции. Проблема — нужно погасить вращение. Это посадочный модуль, у него есть маневровые двигатели, телеметрия, радары, но все они — солдаты, и никто из них не пилот. Сейчас в «СильверСэндс» для меня считают программу. Как только я ее получу, перехвачу управление модулем и выровняю его дистанционно. Потом нужно задать им курс и включить их посадочный двигатель. Вторая программа. Запустим их посадочный двигатель как ускоритель в сторону Земли. «Сомвар» стартует с Луны и будет отслеживать их маяк. Если все пойдет хорошо, они будут лететь по траектории, близкой к оптимальной, а не неизвестно куда.
— А почему нельзя направить их в сторону Луны?
— Потому что до того, как стартует «Сомвар», и Луна, и Земля переместятся. Легче запеленговать и перехватить их по пути, а не обшаривать весь сектор. Я же тебе объяснял — возможностей для маневра не слишком много.
— Остается одна проблема, — сказал Тайгер. — Даже если они загерметизируют кабину, у них нет кислородной установки. Есть запас кислорода, но его хватит на четверо суток. Не хватит и углекислотных фильтров. Один, может, и дождется, но не все. «Сомвар» сможет стартовать не раньше чем завтра.
— И что тогда?
Тайгер полез в карман на плече и достал серебристый цилиндрик с держателем, похожий на короткую авторучку. Отвернув наконечник, он показал иглу.
— Самоубийство?! Какой в этом смысл?
Тайгер покачал головой.
— Почти, но не совсем. Подобная проблема с кислородом стара как мир, по крайней мере теоретически. А это — хоть какое-то решение. Реверолетерон. Средство, вызывающее глубокую летаргию. Оно снижает жизненные функции и метаболизм, уменьшая потребность в кислороде в десятки раз. Останется один, остальные будут пребывать в летаргическом сне, почти не расходуя кислород и воду.
— И как долго можно пробыть в такой летаргии?
— Относительно безопасно — до месяца, потом возрастает вероятность необратимых повреждений мозга.
Посадка проходила в автоматическом режиме. Люки всех модулей были закрыты, раздался грохот отстреливаемых захватов, затем последовала тряска и резкое шипение маневровых двигателей, за иллюминатором ползла усеянная россыпью кратеров серая равнина. Срабатывание тормозного двигателя напоминало мощный удар в пол, который вдруг в самом деле оказался внизу, ремни дернуло, появились мигающие огни разделенной на сектора посадочной площадки, контейнер с шумом догорающих зарядов ударился о поверхность и осел на опорах.
Потом им пришлось ждать машину с фланцем переходного туннеля.
Их приветствовали, обнимали и хлопали по спине и шлемам, но никто радостно не кричал и не аплодировал, а они шли, погруженные в угрюмое молчание.
База, официально существовавшая под названием «Отель „Твардовский“», была частично встроена внутрь холма, а частично возведена перед ним в виде комплекса приплюснутых куполов из серых плит, отпечатанных из смешанного с полимером реголита. Впрочем, во время короткой поездки в тесной кабине у Норберта было не так уж много возможностей любоваться окрестностями. Он знал, что находится недалеко от кратера Посидоний, где-то на краю Моря Спокойствия, видел карты и фильмы, но в узкий иллюминатор смог разглядеть лишь поля солнечных батарей, отутюженную плиту посадочной площадки, ряды контейнеров и какие-то две машины наподобие бульдозеров, совершенно не по-космически припаркованные на краю площадки. Все это напоминало некую стройку где-нибудь в Арктике.
