Скритина созвала внеочередное экстренное собрание. Без сомнения, в ближайшее время следовало ожидать от парламента новых требований возобновить попытки поставить на колени Рандонан и расправиться с воинственными племенами разбойников вроде мордриатских, забирающихся все дальше и дальше в глубь страны - последняя вылазка была предпринята в провинции, расположенной в трех днях быстрой скачки от границы. Королю пришлось держать ответ перед парламентом, представив на обсуждение план действий на ближайшее время.
Выступление короля перед скритиной состоялось в день заседания во дворцовом Зале совета, в полдень, когда гости Орла предавались полуденному отдыху. Приказав своему рунту остаться за дверью, король при мрачном молчании парламентского зала опустился на трон.
Пережив неприятности сегодняшнего утра, он уже столкнулся с новыми затруднениями. Взгляд короля бродил по обшитым деревянными панелями стенам зала скритины, словно он решил непременно выявить источник этих затруднений.
Заседание началось с выступления представителей виднейших семейств. Для своих заявлений они выбрали темы малооригинальные - разговор шел, во-первых, о визите иноземцев, а также о старых, избитых и наболевших вопросах. Вопросы старые касались опустевшей казны. Вопросы новые вращались около военных действий, речь о которых зашла в связи с последним малоприятным сообщением с фронта Западной войны: приграничный город Киивасиен был осажден. Части рандонанской армии форсировали реку Касол и взяли город в непроницаемое ни для конного, ни для пешего кольцо.
Вслед за сообщением об осаде города посыпались нарекания в адрес генерала Ханры ТолрамКетинета, которого называли то слишком молодым и неопытным, то слишком безответственным для того, чтобы командовать целой армией. Каждая жалоба и выпад против генерала по сути дела были выпадом в сторону короля. ЯндолАнганол слушал выступления бесстрастно, выстукивая пальцами по подлокотнику кресла марш. Он снова вспоминал несчастные дни своего далекого детства, наступившие после смерти матери. Отец бил его и пренебрегал им. Молодой Орел, часто прятавшийся от слуг отца в дворцовых подвалах, в конце концов поклялся там себе, что, когда вырастет, никому не позволит стоять на пути его счастья.
После того как он, жестоко раненный при Косгатте, с трудом добрался до столицы, а потом долго лежал в лихорадке, прошлое, которое он отчаянно хотел бы забыть, снова и снова возвращалось к нему. Вновь он был бессилен что-либо предпринять. Именно в те тяжелые дни он впервые заметил улыбку молодого капитана ТолрамКетинета, обращенную к королеве МирдемИнггале, улыбающейся мужественному военачальнику в ответ.
Как только король смог снова подняться с кровати, он немедленно произвел ТолрамКетинета в генералы и отослал на фронт Западной войны. В скритине было много недовольных, преимущественно из тех, кто полагал - и не без оснований, - что его собственный сын гораздо больше ТолрамКетинета заслуживал повышения в чине. Каждое новое известие о неудачах в упрямых западных джунглях только укрепляло уверенность недовольных, и их озлобленность на короля возрастала. Король отчетливо понимал, что ему в самое ближайшее время необходима как воздух победа того или иного свойства… И это среди прочих причин заставило его искать помощи у Панновала.
На следующее утро, перед началом новой официальной встречи с послами, король Орел отправился в покои принца Тайнца Индредда, чтобы переговорить с ним лично. Он снова оставил рунта за дверью, где тот, уже начавший привыкать к подобному ожиданию, расположился с удобством, свернувшись на полу клубком, как собака. Панновальского принца он не любил не меньше, чем тот его.
Принц Тайнц Индредд вкушал первый, легкий, завтрак - овсянку с кусочками тропических фруктов. Выслушивая короля ЯндолАнганола, принц согласно кивал, не переставая отправлять в рот ложку за ложкой.
То, что он наконец сказал, на первый взгляд никак не было связано с тем, о чем говорил с ним король Орел:
– Кузен, я слышал, что твой сын сбежал из дворца.
– Робайдай любит иногда побродить по пустыне в одиночестве. Он равнодушен к жаре и не гнушается самой простой пищей, тем, что удается добыть охотой. Он часто так пропадает, иногда его не бывает неделями.
– На мой взгляд, будущему королю не пристало подобное времяпрепровождение. Король должен учиться, набираться знаний и опыта. Тебе бы следовало отослать РобайдайАнганола в монастырь, где в свое время побывали и ты, и я. А вместо того, как я слышал, он скитается по степям с протогностиками.
– Я не пастух своему сыну. И чужие советы мне тоже не нужны.
