— И что же нам тогда делать? — осознание ответственности за происходящее едва не раздавило волю Мадалка.
— Играть и стремиться к победе.
— Но, если мы что-то…
— Эхе… Кажется, мой друг, тебя посетила глупая мысль, будто ты можешь на что-то повлиять? Это неприятно сознавать, но мы все здесь — мелкие сошки. От нас не зависит ничего. И раз уж такое дело, то стоит ли переживать из-за какого-то проигрыша?
— Не понимаю, по-твоему наши действия вообще ничего не значат? — Мадалк попытался успокоиться и осмыслить все заново. Повернув все с иной стороны, рассмотреть непредвзято. Он ничего не смог понять о своей роли в этом бета-тесте. Как он может помочь сохранению баланса в мире, ведь получалось, что Перотир прав и от них ничего не зависит. Абсолютно ничего. Пусть они хорошие игроки, пусть получают от этого удовольствие, но им явно далеко до геймеров или мастеров боевых искусств. Если уж эту игру создавали как арену битвы таких сил, и придали игре некие свойства, которые помогут им проявить свою реальную мощь, тогда… Он, действительно, лишь одна из строчек в таблице статистических данных. Переживать смысла нет, но… — рука Мадалка крепче сжала рукоять топора, внутри него всколыхнулось упрямство — если есть шанс встать вровень с такими монстрами, доказать им, что он тоже чего-то стоит. Это нужно использовать. Мадалка ощутил воодушевление. Быть на одном уровне со сверхлюдьми. Эта мысль вызывала в нем жажду сражений.
— Только подумай, — продолжал Перотир. — Когда еще у нас появится возможность столкнуться с кем-то подобным? Мы должны быть благодарны за то, что у нас появилась возможность потягаться с Байтом Зерованом. Хотя он не самая большая наша проблема на данный момент.
— Кто-то еще вторгся в наши локации? — Мадалк уже не сомневался, обе деревни принадлежат 'Единству', и они будут расширять свою территорию. Однако появление новых противников может все сильно осложнить.
— Нет, на этот счет не волнуйся, — Саманут опять начал говорить, не отрывая взгляда от контуров двух статуй. Мадалк не мог долго удерживать взгляд на воплощении духов. Это вызывало слишком большой дискомфорт. Часть его возмущалась подобным давлением, но другая радовалась, ведь это привносило в игру совсем иной антураж. — Нам нужно еще десять человек, чтобы довести ритуал до завершения. Но кто-то сумел организовать большую часть наших соседей бродяг. И это не Байт Зерован. Их двое Криган и Фиалочка. Счастливый билет сказал, что они были в его группе, но почему-то после перерыва в игре перед вторым этапом с этими двоими утратилась связь, из списка друзей они тоже пропали. Сейчас он пошел выяснять, какие у них цели. К тому же он подозревает, что настоящие организаторы скрываются, выставляя напоказ его знакомых. Или он сильно ошибся и не сумел разглядеть кто они такие на самом деле. Но часть нам заполучить удалось и это отлично. Они все прекрасные игроки, и что удивительно многие не понимают насколько превосходят наших 'воинов'.
— И что же нам делать?
— Готовиться к сражению, мой друг. Время у нас еще есть, — Перотир ласково погладил свой огромный топор, а Мадалк порадовался, что никто их сейчас не видит, иначе в добрых намерениях 'Единства' убедить игроков станет куда сложнее.
— Я не испугался! — горячо доказывал Зиккур. — Это все волк! После полного превращения движения зверя контролируются искусственным интеллектом. Чтобы второе обличье оборотня не выскакивало вот так, мне нужно развивать интеллект.
— У тебя открылась новая характеристика, — Локус смотрел на все спокойно, и казалось, его происходящее совершенно не волнует.
— Да, — отвернулся от Первета Зиккур, — для программы, управляющей волчьим обличием это очень важная характеристика. Чем она выше, тем более сложные умения удастся использовать. Разные финты и комбинации без минимального развития интеллекта не открыть. Что говорить о навыках более развитых.
— Например? — Зиккур повернулся ко мне, покосился на всех остальных, но все же ответил.
— Вожак стаи — навык, позволяющий вести за собой других волков. Полноценные питомцы, и в большом количестве, но при тех вложениях в интеллект, которые потребуются, сам я останусь довольно слабым. В человеческом обличии, или во время частичной трансформации, интеллект не дает абсолютно никаких плюсов. После превращения, я могу чувствовать все, видеть, но контроль над звериным телом на уровне примитивного 'пойти в ту сторону', 'напасть', 'спрятаться'.
— Ясно, — здесь было над чем подумать, но сейчас мои мысли были заняты вовсе не скрытностью товарищей по группе. Травма. С ней нужно что-то делать, и план у меня был. Я протянул Алисе кольцо, оставшееся от бродяги. — Помоги мне его одеть.
— Конечно, — она радостно взяла деревянный предмет экипировки, и под тоскливый скулеж Карлайлы одела на мой палец. Я крепко сжал кулак, чтобы кольцо не слетело. Целая рука тут же повисла плетью. Все что я мог — не давать пальцам разжаться, более ничего. Такова плата за использование привязанной вещи.
