Это, разумеется, не была машина времени в привычном понимании, сформированным старым кино, когда исследователь или сторонний наблюдатель мог бы лично не только присутствовать в том или ином временном отрезке в своей телесной оболочке, но и сколько-нибудь на него влиять. Нет! Это был прибор, позволяющий на квантовом уровне в специальном эфирном пространстве объемно и в мельчайших деталях моделировать события и мысли из цифрового потока, сформированного дешифратором памяти.
Воспоминания представлялись в виде голограмм, повторяющих реальные изображения событий. При этом воспроизводились также запахи, звуки окружающей среды и температурный режим – все в точности совпадало с тем, что было когда-то в реальности.
Таким образом и в общем случае, если у исследователей был доступ к мозгу человека, Ро-дешифратор мог перевести всю информацию, содержащуюся в нем, в цифровой код, а Ро-синтезатор призван был наглядно и подробно воссоздать любой отрезок времени из жизни этого человека.
Первым впечатлением зрителя будет иллюзия, что он смотрит спектакль – можно воспринимать это всего лишь как новый вид развлечения, сверхреалистичного искусства, более совершенного, чем гибрид театра и кино. А можно, наблюдая скрупулезно восстановленные, без прикрас, фрагменты своей и чужой человеческой жизни, понять, наконец, какие-то важные моменты событий в биографии и причинно-следственных связи в том, что происходило – иногда это приятно и волнительно, иногда тяжело.
С философской точки зрения доктор Ро воспринимал свое изобретение как открытие новой формы бессмертия. Ведь все, что происходило с человеком с рождения до последнего вздоха, гипотетически сможет хранится бесконечно долго в виде биоматериалов мозга или уже сразу в оцифрованном виде. Новый вид истории – реальная судьба живших на земле реальных людей.
Таким образом, доктор Сто Одиннадцать приблизил человечество к тому, что все, что происходило с людьми, при условии, что есть возможность провести скрининг их мозга, никуда не исчезало и могло быть воспроизведено и визуализировано. И даже это не стало бы финальной точкой в исследованиях. Ученые в будущем смогут из клеток мозга живого человека считывать дифференциалы информации – сведения о том, что происходило с предками этого человека до того, как они стали родителями.
Ро бережно достал из криогенной камеры биокассету с записью информации, добытой из скрининга собственного мозга, и вставил её в дешифратор. Оптоволокно от передатчика дешифратора тянулось в толщу горы, там как раз и находился каскад синхрофазотронов. Из недр горы по толстым кабелям в кабинет доктора Одиннадцать через четверть часа вернулась уже математическая модель информации. Подсоединив кабель к новому, еще не обрамленному в прозрачный полимерный корпус Ро-синтезатору, и надев линзы со встроенным ай-треккером, доктор Одиннадцать приготовился смотреть кино. Или спектакль. Или свою жизнь.
Сначала шли одни помехи и изображение было неустойчивым и невнятным. Доктор Одиннадцать взглядом изменил входные настройки и установил на дешифраторе точное время, 25 апреля 2025 года. В углу лаборатории на специальной площадке, заполненной туманоподобной субстанцией появилось трехмерное изображение. С каждым мгновеньем оно становилось все более четким.
Ро ехал в своей инвалидной коляске-капсуле по дорожке медицинского центра в Пенсильвании был солнечный апрельский день. В воздухе стоял дурманящий запах прелой сосны, которую подсыпали к подножию деревьев в качестве удобрения. Заливисто щебетали птицы, и бутоны кустарников и цветов только-только раскрылись.
На скамейке сидела необыкновенно красивая и бледная девочка. У этой скамейки и рядом с этой красавицей невозможно было не остановиться.
– Hallo! I`m Ro6! – даже такие простые слова очень тяжело давались мальчику, все его тело потрясывалось, подросток всего несколько месяцев назад научился с горем пополам ворочать языком и поэтому говорил как робот:
– Who are you?7
– Я уже никто! Представляешь, уже никто и ничто! – по-английски с грустью ответила девочка, не поднимая глаз, как будто разговаривала не с Ро, а сама с собою, – Мне даже операцию делать не стали! Моя мама до сих пор уговаривает врачей попытаться. Не берутся! Говорят, поздно! Везет тебе! Ты хоть и инвалид, но будешь жить! А я скоро умру!
– По-че-му? – только и смог выговорить Ро.
– У меня опухоль в голове. Я боюсь! Я очень боюсь. Потому что я умру!
