– Что, опять?! – воскликнула Оля. – И почему ты мне не сказала?
– Вот сейчас и говорю. Я уже изменилась, но живу все той же прежней жизнью.
– И что на этот раз? – спросила я.
– Надоело подтирать сопли, – с горечью призналась Машка. Я видела, она хоть и пыталась говорить с иронией, но ей было больно. Самой красивой девушке нашей московской компании постоянно не везло с ребятами.
– Потому что ты должна не только отдавать, но и получать, – серьезно вставила Оля, поправляя очки. – Ты же слишком добрая. Вся нараспашку. Тебя читать можно, как книгу, а потому использовать.
– Это потому, что любовь какая-то недоделанная. Она только включается, а потом какие-то винтики ломаются. Даже смотришь на звезд, влюбляются, женятся, детки растут, а спустя десять-пятнадцать лет бац – и развод. Сломалась любовь. Китайцы, что ли, ее делают?
– У Оли с Гариком точно не китайцы делали. Кто-то покруче, – вставила я.
– Полина, а у тебя как дела с Мирабель? – спросила Оля.
– А… – Я махнула рукой и сумбурно рассказала про Алана, их любовь, про маму, которая опять чем-то недовольна. – Видимо, я снова остаюсь одна-одинешенька.
– Ты останешься с Аланом, – хихикнула Машка. – Ты же любого уведешь, если захочешь.
– Но я не хочу! – возмутилась я. – И вон Гарик пример.
Оля кивнула.
– Гарик – это Гарик. У него на тебя иммунитет.
– Маш, – обратилась я к ней, – не пугай меня. Не хочу я терять подругу, только найдя ее.
– Да она сама уже потерялась, потому как у нее примеры перед глазами. Ох, как я хочу на этого красавчика посмотреть, и на сцену вашего знакомства. – Машка вдруг замолчала. – Все, что нам дорого, всегда вызывает боль, – закончила она, но голос выдал ее потерянность.
– Маш, все будет хорошо. Я к тебе через час забегу, – попробовала успокоить Машку Оля. А на меня от этих слов тоска накатила еще больше.
– Мне вас не хватает.
– А нам тебя, – в унисон произнесли девочки.
– Возвращайся, буду своих бойфрендов снова тобой проверять, – рассмеялась Машка.
– Я тебя когда-нибудь придушу!
– Да куда ты без меня…
– Куда ты без нее…
На этой ноте наш разговор закончился.
В эту ночь я долго не могла уснуть. Думала о Мирабель, о том, как завтра мы встретимся, но теперь все будет по-другому. Мне хотелось верить, что мы продолжим с ней дружбу.
Я чуть не проспала и, собравшись на скорую руку и не выпив кофе, побежала к автобусной остановке. Как ни странно, приехала я даже раньше и теперь жалела, что в организме отсутствует кофеин.
– Поли! – услышала я голос Мирабель, когда уже была в нескольких метрах от дверей аудитории. Я повернулась.
Она шла ко мне, но не одна. Я сразу поняла, что имела в виду Мирабель, когда рассказывала о том, что Алан нравится девушкам. Невозможно было не заметить его волнистые локоны цвета спелой пшеницы. Да, он был красив. Удивительное лицо: загорелое, узкое, с огромными бездонными голубыми глазами, выразительными изогнутыми губами, очерченными странной, чуть презрительной усмешкой. Наверное, так выглядят эльфы из известных сказок. Алан подходил все ближе, и я все отчетливее замечала его хмурое, недоверчивое и недовольное лицо. Со стороны это выглядело даже комично, такая красота в совместительстве с нескрываемой подозрительностью.
– Привет, – произнесла я, когда они подошли ко мне.
– Привет, – произнесла Мирабель. Я сразу почувствовала, что она волнуется. – Знакомьтесь, Поли, Алан, – представила она нас друг другу.
– Я много о тебе слышала, – произнесла я и постаралась как можно приветливее улыбнуться.
– Я тоже о тебе слышал… но мне это пока ни о чем не говорит. – Его холодный тон не укрылся от моего внимания, а недовольный блик скользнул по изогнутым губам. Он казался каким-то нереальным. А глаза стали еще темнее.
Я моргнула, желая, чтобы это лицо изменилось, потому что была уверена, что Алан еще красивее, когда улыбается. Но ледяной взгляд никуда не исчез.
– Алан, поверь, она хорошая. – Мирабель дернула его за руку. Он взглянул на нее, и тут я увидела, как улыбка ожила на замороженных губах, согрела их, и жесткая линия губ смягчилась. Смотря на Мирабель, он преображался. Он ее любил и боялся причинить любую боль.
Теперь мне все стало ясно. Я попробовала закусить губу, но не удержалась и громко рассмеялась. Мирабель и Алан изумленно на меня смотрели, не понимая, почему я смеюсь.
– Он просто боится, – сквозь смех произнесла я, – что твоя новая подружка на него набросится с признаниями в любви. Алан, могу тебя успокоить, ты не в моем вкусе. – И я захохотала еще больше, как только увидела, как его лицо вытягивается от удивления.
– Знаешь что, – произнес он, когда смог прийти в себя и заговорить, – ты тоже не в моем вкусе. – И вдруг тоже захохотал. К его смеху присоединилась Мирабель. Теперь мы хохотали втроем на весь коридор.
Чудеса иногда случаются. Мирабель и Алан не бросили меня одну, и в перерыве мы сидели на скамейке и со смехом вспоминали наше знакомство. Мы резко замолчали, когда случайно услышали разговор.
– Никогда не понимала их, третий год за ними наблюдаю. Она ему еще не надоела?
– Длинноногая красотка знает, чем привлечь.
