Для биологов «Происхождение человека…» – это примерно то же, что «Война и мир» для выпускников филфака: почти все биологи утверждают, что книгу читали или как минимум знают ее основные положения, но на самом деле мало кто ее вообще открывал. Хеймер раньше ее тоже не читал и очень удивился, найдя, что значительную часть книги Дарвин обсуждает пол, выбор половых партнеров и влияние всего этого на господствующие модели поведения и социальное устройство. Дарвин определенно чувствовал, что наследственность мощно влияет на половое поведение. Тем не менее генетические детерминанты сексуальных предпочтений и поведения – «главная причина сексуальности», как называл это Дарвин, – остались для него загадкой.
Но идея о том, что половое или любое другое поведение связано с генами, с тех пор вышла из моды. Вторая купленная книга, «Не в наших генах: биология, идеология и природа человека»[988] (
Какая из двух теорий верна? Лично Хеймеру казалось, что сексуальная ориентация слишком фундаментальна, чтобы считать ее стопроцентным продуктом культуры. «Почему же Левонтин, солидный генетик, столь решительно не верит в наследуемость поведения? – удивлялся Хеймер. – Он не смог опровергнуть генетическую обусловленность поведения в лаборатории и потому написал в защиту своей точки зрения целый политический памфлет? Может, здесь и найдется местечко для настоящей науки». Хеймер вознамерился самостоятельно пройти краткий курс генетики полового поведения. Он вернулся в лабораторию и приступил к изысканиям – но почти никакой информации не собрал. В общей базе научных журналов, опубликованных с 1966 года, Хеймер нашел 14 статей с сочетанием ключевых слов «гомосексуальность» и «гены». Для сравнения: поиск по фразе «ген металлотионеина» дал 654 результата.
Однако Хеймеру удалось откопать в полузабытых недрах научной литературы несколько заманчивых зацепок. В 1980-х профессор психологии Дж. Майкл Бейли[990] пробовал изучать генетику сексуальной ориентации с помощью близнецового метода. Он применял классический подход: если сексуальная ориентация частично наследуется, то оба идентичных близнеца с большей вероятностью будут гомосексуалами, чем оба разнояйцевых близнеца. С помощью объявлений, стратегически размещенных в гей-журналах и газетах, Бейли набрал 110 пар мужчин-близнецов, где как минимум один из братьев был геем. (Это кажется трудным даже сегодня, а представьте, каково было проводить такой эксперимент в 1978-м, когда очень немногие мужчины публично признавали свою нетипичную ориентацию, а однополый секс в ряде штатов считался преступлением и предусматривал наказание.)
Когда Бейли оценил конкордантность гомосексуальности у близнецов, результаты его поразили. Среди 56 пар однояйцевых близнецов оба брата оказались геями в 52 % случаев[991]. Среди 54 пар разнояйцевых близнецов такие братья составили всего 22 %: эта доля была значительно меньше, чем в группе идентичных близнецов, но все же заметно превышала те приблизительные 10 %, которые приходились на геев в общей популяции. (Спустя годы Бейли узнает о самых показательных случаях. Например, в 1971 году в Канаде[992] через несколько недель после рождения разлучили двух близнецов. Одного из них усыновила состоятельная американская семья. Другого растила биологическая мать в Канаде, в совершенно непохожих условиях. Братья, которые выглядели практически идентично, даже не подозревали о существовании друг друга – пока случайно не столкнулись в канадском гей-баре.)
