На Кеотхоне живут потомки беженцев, некогда спасшихся от истинных владельцев Земли, которые спустя миллиарды лет вернулись на историческую родину. Колонии переселенцев попали под протекторат сверхразумных существ, поделивших людей на сословия в зависимости от сложности генома. Вивиан Фэй, представительница низшего класса, вынуждена обеспечивать семью, пока ее сестра и отец остаются недееспособны. Единственный ее шанс поравняться в возможностях с другими классами и укрепить организм – пройти тест на получение системно модулированного чипа. Но после цепочки трагических событий она оказывается втянута в заговоры инсургентов. Вивиан предстоит решить, кому верить и на чью сторону встать, расследуя тайны запрещенного проекта, известного как «Ген превосходства».
Знак информационной продукции (Федеральный закон № 436-ФЗ от 29.12.2010 г.)
Главный редактор:
Руководитель проекта:
Арт-директор:
Художник:
Корректоры:
Младший редактор:
Компьютерная верстка:
© Найдер Д., 2025
© Оформление. Zerde Publishing, 2025
Свет, излучаемый панелями строительных блоков, прорезал завесу окутывавшего жилые металлические стеллажи дыма из фабричных и заводских труб, что возвышались над многослойными спальными районами младших классов. Районами, где никогда не было видно звезд.
Здесь ни в какое время не воцарялась тишина. Кеотхон[1] был густонаселенным и шумным, словно живой пчелиный улей, не останавливающийся ни на миг.
Особенно явно теснота и густонаселенность классов ощущались по окончании смены. Рабочие заводов сменяли друг друга, передавая рутинную, эвтонами[2] сложившуюся эстафету, и понуро брели в потемках к своим жилищам – металлическим капсулам в блоках высотой шестьдесят и более этажей. В этой массе людей самого примитивного генотипа было трудно кого-то выделить: обычные трудяги с блеклыми лицами, тусклыми волосами и болезненной на вид кожей, натянутой на хрупкий человеческий скелет и вялые мышцы, в серых казенных комбинезонах и такого же цвета кепках с красными эмблемой и значками принадлежности к низшему классу.
Среди себе подобных к дому шла, ссутулившись, молодая девушка, представительница утраченной мононации. Гены говорили о низком статусе ее класса красноречивее любых слов: из-под кепки выбивались черные короткие волосы, едва прикрывавшие уши, узкие темно-карие глаза равнодушно смотрели из-под козырька, а худощавое тело скрывало в скованных движениях усталость, столь чуждую и незнакомую представителям старших, высших, классов.
Девушка, спрятав в карманы иссушенные, в кровоподтеках руки, одновременно разминала шею и мечтала ощутить во рту привкус зистиата[3], который избавит от пульсирующей боли в мышцах. По крайней мере, до следующей смены. Губы потрескались и кровоточили, кожа на лице стала дряблой и уже покрылась заметными морщинками, хотя ей едва перевалило за второй эвтарк[4]. Все это от токсичных паров на производстве – участи каждого, кто вынужден, за неимением лучших вариантов или лучших генов, отрабатывать свое место в первом, низшем, классе.