Второй способ предполагает демонстрацию согласия с той информацией, которая содержится в словах нападающего человека, поскольку его мнение может быть справедливым в определенной ситуации или для какой-то группы людей. Ключевое выражение тут: «Возможно, это так…» Иногда, если человек не готов обсуждать данный вопрос, лучше сказать: «Сейчас я не готов об этом говорить, давайте обсудим это позже».
Третий способ: если человек действительно совершил ошибку и его критикуют, можно использовать такое ключевое выражение: «Да, я действительно поступил плохо».
Участники объединяются в микрогруппы по три человека: один будет критиком, другой отстаивает свои права, а третий наблюдает и дает обратную связь. Каждый должен побывать во всех трех ролях. Предлагается вспомнить или придумать ситуацию:
1) когда были нарушены ваши права;
2) когда вас критиковали и часть критики была обоснована, а часть – нет;
3) когда вы действительно были неправы.
Ведущий сообщает участникам группы: «Наверное, за время наших занятий у вас появились вопросы, которые вам хотелось бы задать друг другу. Вы можете сформулировать и записать вопросы на листе бумаги, адресовав их конкретно ведущему, всем или другому участнику». Ведущий зачитывает каждый из вопросов, те, кому они адресованы, на них отвечают.
Русское слово «родительство» соответствует английским терминам «parenthood» и «parenting» (применительно к «отцовству» употребляются термины «fatherhood» и «fathering», а к «материнству» – «motherhood» и «mothering»). Причем слово «parenthood» обозначает социальный институт, то, как его представляет себе общество, а слово «parenting» – родительство как деятельность, то есть соответствующие практики и стили поведения. Эти два явления исследуются при помощи разных источников и методов. В первом случае производится реконструкция и анализ социокультурных норм, чего общество ожидает от отца и матери вообще. Во втором случае это описание и анализ того, что фактически делают и чувствуют конкретные отцы и матери, какова психология родителей. То и другое может рассматриваться на разных уровнях и в разных контекстах (Кон, 2005).
Кроме того, родительство есть социально-психологический феномен, представляющий собой эмоционально и оценочно окрашенную совокупность знаний и убеждений относительно себя как родителя, что реализуется в поведении. Родительство выше индивида, оно включает обоих супругов (партнеров), решивших дать начало новой жизни, и, конечно, самого ребенка (Овчарова, 2003). Существует два подхода к изучению феномена родительства в зависимости от того, что берется в качестве отправной точки изучения – ребенок или родители: первый, наиболее распространенный, рассматривает родительство в связи с развитием ребенка (Абрамова, 1998; Кон, 1988). В настоящем справочнике мы придерживались второго подхода, рассматривая феномен родительства через призму личности, в данном случае – всего комплекса гендерных характеристик (стереотипов, установок, ролей) женщины и мужчины. Как уже говорилось, гендерная роль, в том числе роль родителя, – это всегда взаимосвязь внешней схемы поведения и внутренних, неявных мотивов, детерминирующих данное поведение.
Сравнительно-исторические исследования по истории детства (Ариес, 1999; Мозде, 2000) показывают, что родительская любовь – продукт длительного и весьма противоречивого исторического развития. Так, выделяют три способа реакций родителей, когда они остаются один на один с ребенком. Взрослый может:
● использовать ребенка как сосуд для проекции содержания своего собственного бессознательного;
● использовать ребенка как заместителя фигуры взрослого, значимого для него в его собственном детстве;
● сопереживать потребностям ребенка и действовать, чтобы удовлетворить их.
Исследования этнографов и культурологов (классической считается работа Маргарет Мид «Культура и мир детства», 1988) говорят также о том, что особенности функции отца и матери (родительства) отражают лишь нормативные представления и образ жизни общества.
