Такая ненависть к себе (или к части себя) очень быстро приобретает характер невротического состояния, обозначаемого термином «дисморфофобия». Согласно Словарю медицинских терминов, это «тягостное переживание своей физической неполноценности в связи с реальным или воображаемым анатомическим недостатком (форма и размеры ушей, носа, губ; рост, вес тела и т.д.)». Эти переживания далеко не всегда вызваны реальными причинами. В подавляющем большинстве случаев источником страдания становятся именно воображаемые, надуманные недостатки. В психологии и психотерапии дисморфофобия трактуется несколько вольно, как боязнь собственного тела, страх перед ним. Человек в таком состоянии изначально считает свое тело уродливым, непривлекательным, причем опять же зачастую вне связи с реальностью. Он боится и самого тела, и оценки окружающих, и в результате ведет со своей внешностью самую настоящую непримиримую и жестокую войну.
Выделяют четыре основных признака дисморфофобии. Это:
● активное недовольство своей внешностью;
● обвинение своей внешности во всех грехах и особенно во всех своих неприятностях;
● перенос своих психологических проблем (неумения общаться, выбирать партнера и т.п.) в телесную сферу;
● вера в то, что стоит только изменить свою внешность, как тут же к лучшему измениться и жизнь.
Не всегда психологические проблемы прячутся внутри. Иногда происходит либо их так называемая соматизация, либо морфологизация проблем.
Недавно родившийся ребенок не сознает себя отдельно от мира или мир отдельно от себя. Поскольку границы тела выделяют человека из окружения, его первое отождествление – это отождествление с телом. Позже тело структурируется как основа личности и сознания и воспринимается как Я. Это Я – соматическое, телесное, материальное – Я тела. Поэтому Я-образ – это прежде всего образ тела, ибо через тело человек узнает, кто он такой, когда ощущает его и видит. Я-образ связан с ориентацией тела во времени и пространстве, с контурами тела, кинестетическими ощущениями и визуальным восприятием. Именно телесно-чувственный опыт становится фундаментом психического развития и самопознания. Это верно и в филогенетическом, и в онтогенетическом аспекте. Как утверждает детский психолог Жан Пиаже (Пиаже, 1986), в первые два года жизни человек мыслит телом, так как еще не владеет речью. До того как начать говорить и понимать речь, человек проходит сенсорно-моторную стадию обучения. Он узнает мир, хватая, сжимая, ползая, встряхивая, стуча, переворачивая, падая, крутя и пробуя на вкус, – все с помощью тела.
Очень важно, как за человеком ухаживали в младенчестве. Если с ребенком плохо обращались, он учится плохому обращению с собой. Если его оберегали и с любовью о нем заботились, он узнает, что заслуживает доброго отношения и внимания. Из того, что человек видит и слышит, он учится эффективным или деструктивным способам пребывания в своем теле. Родители или те, кто о нем заботились, – это первый образец его отношения к телу.
Зачастую семья вмешивается в каждый аспект развития и почти не оставляет места для естественной реакции. Если ребенка побуждают или заставляют сидеть, стоять или ходить до того, как он к этому готов, у него могут появиться мышечные зажимы, влияющие на движения и искажающие осанку. Если ребенок должен заканчивать игру в соответствии с расписанием или просыпаться прежде, чем выспится, это учит его не следовать своему внутреннему ритму. Он теряет чувство гармонии с собой и со своей средой, начинает ошибаться и сомневаться в способности мыслить телом и перестает ему верить. Когда человек перестает слушать тело, он постепенно забывает, как это делать. Очень многие люди живут с такими физическими проблемами, как постоянно сжатые челюсти, головные боли, язва желудка, боли в спине или астма, потому что приучились сдерживать чувства. С первых дней жизни физические ощущения создают образцы эмоциональной жизни, задают модели отношений и обеспечивают человека ресурсами.
