Таким образом я прослужил в Карелии более трех лет. Кстати, именно здесь и именно в те годы я впервые столкнулся с тем, что ныне принято называть избирательной кампанией. Через полгода командования армией меня вызвали в Главное политическое управление округа и член Военного совета поставил задачу баллотироваться в парламент Карелии. Я пытался отнекиваться, сказал, что мне и без того есть чем заняться, что большое хозяйство требует постоянного внимания. До выборов ли тут? Работать надо! «Нет, – ответили мне, – партия приказала быть военным представителем в парламенте Карелии». И я, как и всякое дело, порученное мне, взялся исполнять со всей ответственностью. Времени оставалось очень мало, месяца два. Тогда еще и в помине не было всяких там «пиар-компаний», но до меня дошло, что для победы необходим мозговой центр, мозговая атака. Собрал несколько умных, толковых ребят. Они обсуждали, спорили, в результате выдавали «нагора» дельные идеи. Мы сразу претворяли их в жизнь по всей Карелии. Я спал по 4 часа, все остальное время в разъездах: встречи с рабочими, доярками, фермерами, студентами, интеллигенцией. У меня была программа, которую раздавали каждому желающему. Выпускали рукописные листовки, тогда это не запрещалось, которые несколько человек писали от руки. Множительной аппаратуры у нас не было.
И вот что интересно. Надо мной пытались подсмеиваться. Почти все, кто тогда баллотировался, были так называемые «демократы». А тех хлебом не корми – дай сказать гадость об армии и государстве. Мол, военный, генерал пошел в парламент, да он не пройдет и т. д. Однако наша предвыборная работа была настолько хорошо организована, что мы чувствовали – побеждаем. В парламент надо было набрать 118 депутатов. В первом туре победило только 18 человек. Среди них я. А по количеству набранных голосов избирателей получил третий результат среди всех ста восемнадцати народных избранников…
Мой «роман» с хозяйственной деятельностью между тем только набирал обороты, когда я получил приказ назначении начальником штаба Туркестанского военного округа.
На сборы мне, жене и дочери дали три дня, а у нас проблема – Лена (ей исполнилось 17 лет) только что поступила в Петрозаводский университет на медицинский факультет. Взять ее с собой не можем, так как в Ташкенте медицину на русском языке не преподают. Делать нечего, оставили учиться одну. Сын Олег в то время учился в Рязанском десантном. Это было в конце октября 1991 года.
