– Странно… очень странно… – произнёс командир лейб-гвардии гусаров. – Они что, нас обходят с фланга?
– Зачем? – не понял идеи Меншиков. – Их сила в обороне. В глухой обороне. Полевое манёвренное сражение им невыгодно. Иван, бери свой полк и потихоньку-полегоньку пошли. Пока туман. Может, они на вторую линию отошли. Попробуем её занять – всё польза. Да и миномёты можно будет туда протащить…
Но всё оказалось куда как круче. Османских войск не было ни на первой, ни на второй линии обороны. И даже в тылу оказалось пусто. Всё более-менее тяжёлое имущество было брошено. А люди ушли. Все. Куда-то. И лошадей увели.
– Вдоль реки ушли, – указал разведчик Меншикову. – На север. Ночью уходили. Достаточно организованно. Последними отходили из первой линии траншей. Эти уже в спешке.
– Тут же был целый корпус! Как он мог взять и уйти? – возмутился командир артиллеристов.
– Ногами, полагаю, – пожав плечами, ответил разведчик.
– Как думаете, далеко ушли? – спросил Меншиков.
– Последние уходили уже под утро. Думаю, отошли километра на два-три максимум. Мы их, вероятно, даже артиллерией накроем, если захотим.
– К чёрту! – отмахнулся Максим. – Ещё боеприпасы тратить на них. Ещё чего! Радируйте Борову под всеми парами лететь на Стамбул и поднимать там шум. А мы начинаем переправу. Немедленно.
– Тоже направленными взрывами засыпать траншеи?
– Конечно. Времени возиться у нас нет. И всю ту хрень, что они наворотили, ломайте. Пеньки можете из пом-помов ломать. 37‐мм фугаса будет достаточно для его уничтожения. А рогатки пусть бойцы перекатывают в сторону…
Зачем и куда отступили османские войска – Меншиков не знал. Да ему это и не интересно было. Отошли – и леший с ними. Запасов продовольствия и боеприпасов он их лишил, как и всего тяжёлого вооружения. А значит – что? Правильно. Превратил в толпу слегка вооружённых людей. Совершенно безопасных в текущей обстановке. Они, конечно, могли создать проблемы в будущем. Но будущее будет в будущем, и кто его знает, как оно повернётся. А ему нужно рваться вперёд. В Стамбул. Любой ценой стараясь занять город и закрепиться в нём. Это не столько военный, сколько важнейший политический шаг. Фундаментальный. Архиважный… определяющий всю его дальнейшую судьбу…
Новость о разгроме османских войск при Адрианополе запаздывала. Всё, что знали в Стамбуле, – так это то, что корпус вступил в бой с русскими. И те, судя по всему, осторожничают. Оно и понятно – просто так не прорваться: слишком мощная оборона, пусть и импровизированная. При таком количестве малокалиберных пушек и прикрытия из дальнобойной крупнокалиберной артиллерии все стандартные приёмы Меншикова не работали. А значит, он если и сможет прорвать оборону, то потеряв львиную долю своей техники и людей. Поэтому особых переживаний не было.
Стамбул жил обычной жизнью. В штатном режиме шло формирование маршевых колонн для пополнения войск, стоящих при Адрианополе. Готовился железнодорожный состав с боеприпасами и продовольствием, а также полезным военным имуществом для доставки туда же. На рубеже при Адрианополе планировалось задержаться надолго и если не разбить Меншикова, то поставить в тупик. Даже если он найдёт способ обойти позиции при Эдирне, то нападать на Стамбул, имея у себя в тылу такую представительную группировку, он бы не решился…
И тут – бронеавтомобили влетают в Константинополь!
Флаги, по такому случаю прикреплённые в специальные держатели, развеваются. В мегафоны что-то кричат по-русски. И вообще ведут себя крайне дерзко и агрессивно.
Первой группой, которая ворвалась в древний город, был передовой дозор на «Новиках». Сами по себе они не выглядели сильно устрашающими. Всё-таки довольно компактная техника. Но и она пугала всех встречных-поперечных, ведь у Османской Империи ничего подобного не было. Да и флаг наводил на мысли о том, что что-то пошло не так. Он ведь совсем не походил на красный флаг Великой Порты.
Но это было только началом, так как следом шли тяжёлые «Витязи», колёсные бронетранспортёры и грузовики. Появление ТАКИХ махин уже точно не оставляло никаких сомнений у любого, даже самого необразованного горожанина.
Пришли русские! Меншиков в городе! Эдирне пал!
Стремительно, буквально на глазах закипала паника. Лейб-гвардии Механизированный же полк шёл по этому вскипающему морю, как раскалённый нож сквозь масло. Никакой бесцельности. Никакого мельтешения. Цели были намечены ещё в Эдирне сразу после получения приказа. А всех, кто по злому умыслу или дурости пытался встать на пути этих броневых колонн, просто сносили кинжальным огнём. Что, в свою очередь, вынуждало людей покидать улицы и прятаться.
Полк продвигался быстро, стремительно, решительно и абсолютно безжалостно. Камер либеральных журналистов здесь не было, поэтому «Витязи» с хрустом и чавкающим звуком перекатывались через человеческие тела – даже те, которые за мгновение до этого о чём-то вопили, – и ехали дальше.
