Точнее, не процессор, а модуль «Либертас», как я выяснил при своем последнем воссоздании. После этого я специально вскрыл несколько ботов и иных машин с целью поинтересоваться на предмет моего родственника. Но нет – у всех остальных стояли именно процессоры, входящие в семейство модулей «Церебро», и по-другому они не назывались. Эти модули использовались во всех сколь-нибудь компьютерных системах умнее кондиционера. В том числе они использовались в широко известных киберплантах. Я же ходил с «Либертасом», который, по сути, был тот же процессор, но с некоторыми модификациями, пока непонятного мне назначения.
Но с этим разберемся потом, ибо некритично пока.
– Центурион 29 917, предоставить анализ результатов произведенной стрельбы.
– Операция невозможна.
Вот так-так. Как это «невозможна»?
– Центурион 29 917, назовите причину невозможности проведения анализа результатов стрельбы.
– Операция невозможна. Отсутствует необходимый программный модуль для проведения вычислительных операций аналитического характера.
– Как же ты проводишь анализ боевой обстановки?
– Выявление наиболее опасных угроз. Выбор наиболее оптимального варианта решения. Действия по предписанным боевым алгоритмам. Нейтрализация угрозы.
– Предоставить боевые алгоритмы в полном объеме.
– Выполняю… Выполнено.
Ну вот. Часть тайны раскрыта… которая тайной, по сути, для меня давно и не являлась. Они – тупые!!! Им даже модуль «Церебро» не положен, хотя он у них почему-то есть. А этот их «Тактический модуль, тип III» – это просто расширенная плата памяти с несколькими вшитыми протоколами вероятных действий. По сути, мои боевые единицы – это бронированные ходячие датчики периметра безопасности, которые только и делают, что реагируют на сигналы «свой-чужой». И это – центурион. По факту он должен командовать подразделением. По факту, он им и командует, но с той лишь разницей, что ему разрешено отдавать приказы легионерам. Согласно тем же боевым алгоритмам. И, по тому же факту, командованием эту деятельность никак не назовешь.
Боевыми алгоритмами, по сути, являлись наборы комбинаций с древними операторами внутри… if, then, else11. Это просто чудовищно.
Я понимаю наличие такого программного обеспечения у инженерных систем.
Я с некоторым негативом могу допустить подобные выверты кода в сторожевых системах базы.
Но у системы военной, то есть очень боевой системы… Системы силового воздействия на внешнюю среду посредством кинетического и термического вооружения… системы «сжечь всё, и побыстрее» – у такой важной для меня системы я такого кривого софта принять никак не мог. Это же сколько он будет думать над проблемой, перед тем, как приступить к ее решению? Секунду? Две? А может, все три даже? Так я ему заочно отвечу: в бою тех секунд нет. Ни одной, ни двух, а уж на третью ему весь механизм к чертям расплавят.
В бою есть лишь миги. И вот в течение этих до-олгих мигов и требуется правильно оценить обстановку и устранить все проблемы до того, как эти проблемы вскинут оружие. Мой центурион шестой версии этого точно не мог.
Однако я отвлекся. Кривой софт, конечно, мог влиять на меткость, но все-таки дело было явно не в нем. Я ударился в глубокий системный анализ. Прокручивая ролик со стрельбой в повторе (26 раз) и просматривая логи боевых действий (19 раз) я, наконец, нашел проблему.
Дело оказалось в железе.
Проприоцептивные12 датчики – они всему виной. Вернее, их вообще не было. Практически. Пара точек в суставах, пара в корпусе – вот и вся сигнализация. Робот вел огонь по мишени, даже не зная, что его манипулятор направлен совсем не на мишень. Лишь визуальный контакт со своей конечностью не позволял дикому центуриону вертеть палящей рукой вокруг головы. Все-таки при помощи телекамер робот был способен хотя бы примерно направлять оружие в сторону цели. Несмотря на прецизионную природу всех механических систем, огромная погрешность ощущалась уже на тех же пятидесяти метрах. А уж ведение огня очередями и вовсе сводило снайперские таланты машины на нет. И да, кривой код все-таки вносил свой вклад во все это безобразие.
Прицеливание было безупречным, баллистика – идеальной, поражение цели – бездарным.
Полный абсурд на твердой киберпочве.
Но, вопреки моему же прогнозу о том, что решать мне эту проблему долго, я нашел выход практически сразу. Решение было на поверхности. На поверхности корпуса центуриона. Точнее, оно было заложено в само описание проблемы, но именно выполнялось оно на поверхности оружия роботов. В описании же ключевым набором слов являлся: «…определяет положение манипулятора визуально».
