После окончания войны было проведено Совещание при ЦК ВКП(б) начальствующего состава по сбору опыта боевых действий против Финляндии 14–17 апреля 1940 года. На этом совещании была дана не только объективная оценка состояния Красной Армии, но и определены направления развития военного искусства и обучения командного состава. На совещании выступил И. В. Сталин, который под влиянием опыта Советско-финляндской войны принял решение омолодить командный состав Красной Армии.
«Опыт Гражданской войны… недостаточен на сегодня, и кто этого не понимает, тот погиб. У нас в командном составе, – подчеркнул И. В. Сталин, – засилье участников Гражданской войны, которые могут не дать ходу молодым кадрам. Надо выдвигать молодые кадры, которые являются надежной сменой…»[68].
Одним из следствий Советско-финляндской войны явилась отставка «Первого маршала» К. Е. Ворошилова с поста наркома обороны СССР. Очевидно, что Сталин в нем увидел главного носителя «культа традиции и опыта Гражданской войны». Наркомом обороны стал Маршал Советского Союза С. К. Тимошенко.
Новый нарком активно взялся за коренную перестройку боевой подготовки войск. Так, приказ нового наркома № 120 от 16 мая 1940 года о боевой подготовке войск на летний период требовал: «Обучение войск приблизить к условиям боевой действительности».
Ивану Мироновичу Пядусову предстояло решать задачи, поставленные наркомом обороны на летний период обучения, уже в новой должности. После окончания Советско-финляндской войны некоторое время он продолжал командовать полком, а в июне 1940 года был назначен на должность начальника артиллерии 19-го стрелкового корпуса. Это назначение явилось еще одним подтверждением успешной деятельности И. М. Пядусова в Советско-финляндской войне.
На 19-й стрелковый корпус возлагалась задача по обороне государственной границы СССР севернее и северо-восточнее Выборга. С 9 июля 1940 года корпусом командовал М. Н. Герасимов.
В приказе наркома обороны о боевой подготовке войск на летний период обучения были определены задачи, которые имели отношение к начальникам артиллерии армий (корпусов, дивизий), в том числе и к начальнику артиллерии стрелкового корпуса И. М. Пядусову. Так, нарком обороны приказал: «…К концу летнего периода подготовить артиллерию всех видов к длительным артподготовкам и сопровождению атак пехоты (конницы) с танками гибко управляемым массированным огнем… Со штабами НАК и НАД ежемесячно проводить по одному учению со средствами связи…»[69].
Это требование было обусловлено недостатками по управлению огнем артиллерии корпусов (дивизий) в ходе Советско-финляндской войны. В конце февраля 1940 года командующий войсками Северо-Западного фронта С. К. Тимошенко в своей директиве отмечал: «Управление артиллерией в ряде случаев централизуется только формально, а фактически получается простое распределение ее по полкам. Начарткоры (начальники артиллерии корпусов. –
Далее командующий войсками фронта обращал внимание общевойсковых и артиллерийских командиров на то, что “одним из средств влияния на ход боя в руках командира корпуса и командиров дивизий является мощный сосредоточенный огонь артиллерии. Организация артиллерийского огня должна предусматривать возможность сосредоточения огня всей или большей части артиллерии корпуса (дивизии) на участках главного удара»[71].
Кроме того, в приказе наркома обороны указывалось: «Дивизионной, корпусной артиллерии и АРГК… хорошо знать стрельбу с полной подготовкой и по измеренным отклонениям… Корпусной артиллерии и пушечным полкам АРГК отработать стрельбы по ненаблюдаемым целям с применением АИР и воздушного наблюдения»[72].
Как и любой уважающий себя начальник артиллерии, И. М. Пядусов стремился к тому, чтобы по его команде артиллерия стрелкового корпуса могла вести массированный (привлекается вся или большая часть артиллерии корпуса) или сосредоточенный огонь (огонь, ведущийся несколькими дивизионами по одной цели) на любом угрожаемом направлении. Однако перед войной были определенные трудности в приобретении таких навыков артиллерийскими командирами и начальниками такого уровня.
К примеру, немцы в то время совершенно справедливо считали, что «гибкое и тактически правильное управление огнем дивизиона, полка и артиллерийской группы являлось “высшей школой артиллерии”»[73]. Правда, приоритетными средствами поражения у немцев все-таки были авиация и танковые войска.
