Вашингтон. Белый дом.
— И что вы мне предлагаете? Поверить кремлевскому толстяку? Чертовому комми? Думаете, я забыл, что товарищ Хрущёв обещал нас похоронить?
Все те же лица. Только вместо пресс-секретаря Мойерса в кабинете президента присутствовал директор Центральной разведки Уильям Френсис Рейборн. Джонсон еще не понял, что глава ЦРУ не совсем на своем месте. Того можно было характеризовать, как человека, сосредоточенного на разведывательных технологиях и недостаточно осведомленного о культурных особенностях, связанных с работой с иностранными гражданами и правительствами. И работать ему оставалось еще полгода. Но следующий директор при все его эффективности окажется в центре будущих скандалов, испортивших надолго репутацию ЦРУ.
Работая на посту директора ЦРУ, Ричард Хелмс руководил агентством по примеру своего предшественника Джона Маккоуна. В 1977 году в результате ранее проведённых тайных операций в Чили Хелмс стал единственным директором ЦРУ, осуждённым за введение Конгресса в заблуждение. Последним постом Хелмса на государственной службе была должность посла в Иране с апреля 1973 по декабрь 1976 года. Кроме того, Хелмс был ключевым свидетелем в Сенате во время расследования деятельности ЦРУ Комитетом Черча в середине 1970-х годов. 1975 год был назван «Годом разведки». Этому расследованию сильно помешало то, что Хелмс приказал уничтожить все файлы, связанные с программой контроля над сознанием ЦРУ в 1973 году.
Сейчас же Линдон Джонсон с ясным неудовольствием кинул стопку листов на стол и обратил свой взор на Рейборна. Тот пожал плечами:
— Меня просто просили передать часть мемуаров бывшего диктатора Советской России именно вам.
Президент повернулся к Раску:
— У тебя есть что сказать?
Госсекретарь пожал плечами:
— Это какая-то игра, явно рассчитанная на внутреннюю политику. Не вижу причин нам вписываться.
Джонсон почесал переносицу:
— Я также к этому склоняюсь. Уильям, что сказали эксперты?
Директор ЦРУ взял в руки папку:
— Почерк однозначно Хрущева. Текст правили профессионалы.
— То есть у него есть свой редактор? Или это вмешательство Кремля?
— По этому поводу ничего не могу сказать, сэр. Мы не располагаем такой глубокой информацией.
Джонсон скривил лицо:
— И после этого вы требуете от меня решения. Нет! Я не хочу ссориться с Брежневым из-за чьей-то интриги. У нас большие проблемы, мы вылезли из бюджета. В мире черт знает, что происходит. Москва вовремя не остановила Индию, они чуть не уничтожили пакистанскую армию.
— Но мы смогли договориться.
— И что изменилось? На границе с Афганистаном стало неспокойно. Пуштуны почуяли слабость Исламабада и начали мятеж. В Индонезии идет война всех против всех, неспокойно у границ Израиля. Да что там говорить, Гаити? Когда мы там сможем навести порядок? У порога собственного дома. И на фоне этого мне ссориться с главой коммунистической России? Увольте! Директор, передайте вашему агенту, что мы не будем использовать эти материалы. Пока не будем. Мало ли что в мире изменится.
