— Сколько раз я вас предупреждал, не идти на поводу у откровенных врагов. А вы постоянно даете слабину!
Как прекрасно, что эти упыри отлично понимают русский язык. Вот чем не воспользовался Советский Союз в прошлом — не привязал к себе языком межгосударственного общения. Среди бывших стран Союза русский долго им после распада служил. И в любой правящей партии соцстраны нельзя было сделать карьеру, не владея русским языком. Славянам его выучить намного проще. Хотя чехи и сами говорят чёрт-те как. Даже Тито я понимаю лучше. Александр Дубчек моими стараниями получил должность Первого секретаря ЦК КПЧ раньше срока в той истории. Я, дурень, понадеялся, что с помощью моих советов ему удастся избежать ошибок, что привели Чехословакию к великому конфузу 1968 года. Русофобская и антикоммунистическая по сути Pražské jaro стараниями западных пропагандистов и наших диссидентов стала неким веянием свободы в мрачном мире совков. Как у нас любят выдавать собственные мрии за действительность!
— Товарищ Генеральный секретарь, вы глубоко ошибаетесь! — Дубчек в кругу соратников обратился ко мне сугубо официально. Знает, что задевает, но ничего поделать с собой не может. Ну так и черт с тобой. Был шанс, ты его упустил. Что-то в моем взгляде, видимо, открыло чешскому политику его ближайшее будущее, но обратно не отработать.
— Знаете что, товарищи. Я уже более серьезно отношусь к просьбе правительства Словакии о референдуме. Не по пути им с вами.
Чехи тут же возмущенно затрепыхались. Не нравится им мысль о независимости Словакии. Ага, и сами вы не лучше нас, имперцев!
А традиции русофобства в Чехии старинные. Тех, кто плохо относится к России, хватает и без всякого участия Запада. И началось это отнюдь не с вводом советских войск в Чехословакию в 1968 году, и не с установлением в стране социализма 20 годами ранее. Неприятие России среди части чешской элиты ведёт отсчёт ещё с первой половины XIX века. И помимо «славянской взаимности» среди чехов всегда жила и идея настоящей русофобии. Её отсчёт можно начать от чешского общественного деятеля начала XIX века Йозефа Добровского, который посчитал, что Россия слишком отличается от чешского идеала, и может в будущем представлять для неё угрозу. Идею развил его последователь Карел Гавличек-Боровский, увидевший в царской России образец рабства и крепостничества, и ратовавший за славяно-немецко-венгерское братство в Австрийской империи.
И приверженцы у них существовали и в последующие годы. В 1941 году чехи не за страх, а за совесть работали на военную машину Третьего рейха, обеспечивая его оружием и боеприпасами. В моем будущем одним из отцов-основателей современной русофобии был не кто иной, как первый президент независимой Чехии Вацлав Гавел. То есть собственной свободы ему показалось мало. Этот говнюк открыто призывал принять в НАТО Украину и Белоруссию, он прямо помогал представителям так называемой Ичкерии, оправдывал действия боевиков против России. Соавтором программы ЕС «Восточное партнёрство», в рамках которой и запустили отдаление Украины и Белоруссии от России, был глава МИД Чехии Карел Шварценберг.
Ну и вдобавок к старой русофобии на данный момент мы имеем широкую либеральную прослойку общества, кою и представляет фракция Дубчека. Он плоть от плоти либерал со всеми вытекающими последствиями.
