Маленькая ведьма с каждым днем слабеет. Как будто во сне она ведет вторую жизнь. Вместе с тем кто-то покушается на элиту нечисти, уничтожая генералов один за другим.
Генералы
Обычный обход ничего не выявил. Все было как всегда: тихо, спокойно, ни одного лишнего шороха. Вода во рвах вокруг замка мерно билась о каменные стены. Даже пахло, как обычно, смертью. На землях нежити всегда так пахнет. Не пахнут только тени. Тени не живые и не мертвые – они не пахнут, они всего лишь отражают что-то. Тень деревца, башни, часового.... Лишь одна маленькая ловкая тень была без хозяина.
Часовой резко обернулся, загремев доспехами. Ему показалось, что сзади кто-то есть. Но сзади было пусто и по-прежнему тихо, не считая звона цепей на доспехах. Несколько секунд страж-скелет обнюхивал воздух и, ничего подозрительного не обнаружив, медленно развернувшись, пошел дальше осматривать вверенные ему владения.
Тень отделилась от стены и неслышно поплыла в сторону часового. Настигнув его, тень впилась в мертвую плоть и полностью слилась с ним. Через несколько минут оживленное сердце перестало биться. Только когда стихли последние судороги, тень отпустила свою жертву и неторопливо покинула место действия. Если бы кто-нибудь попробовал проследить за ней, все равно бы ничего путного не узнал. Тень, выскользнув за пределы замка, тут же растворилась в воздухе, будто ее и не было вовсе.
Еще до завтрака Ванда была вызвана в кабинет отца. Иштар задумчиво рассматривал свои длинные, тонкие пальцы и дочь свою он заметил нескоро. А когда заметил, еще секунд двадцать собирался с мыслями. Ванда покорно дожидалась того момента, когда к отцу вернется дар речи. Наконец, глава семьи поднял на нее глаза. Ванда выпрямилась в кресле, готовясь к разговору.
– Меня беспокоит твое здоровье, – начал эльф. – Неделю назад я заглянул в твою комнату ночью, когда ты спала. Ты не шевелилась и даже не дышала. Кожа у тебя была мертвенно-бледного оттенка, и ты была абсолютно холодной. Я рассказал о своих подозрениях маме, но она решила подождать до утра, так как ничего тревожного не почувствовала. Утром ты встала как обычно, только вид у тебя был, будто ты всю ночь шастала неизвестно где. Я приказал слугам проверять тебя каждую ночь. И все это время, всю эту неделю ты отключаешься по ночам, а утром у тебя смертельно уставший вид.
– Прекрасно, – улыбнулась Ванда. – Мой отец уже и по ночам за мной следит.
– Я не следил, я просто интересовался твоим здоровьем.
– Я в порядке, – успокоила его дочь. – Просто немного не высыпаюсь, вот и все.
– Может, лучше обратиться к лекарям?
– Ни в коем случае! Я в полном порядке. Вот только… очень сильно есть хочу. Если ты не против, давай лучше спустимся позавтракать.
– Хорошо, – ответил отец, – тогда продолжим после завтрака.
Ванда все же была в меру воспитанной девочкой, поэтому сначала отвернулась, а уж потом скорчила рожу.
Завтрак проходил на редкость скучно. Никто не проронил ни словечка, потому что просто говорить было не о чем. Уже второй месяц как не было свежих новостей, а за два месяца можно перемыть косточки всем знакомым, не очень знакомым и совсем незнакомым. Причем каждую косточку в отдельности и раза по три. Виенна делала вид, что ей интересен сам завтрак, особенно процесс неторопливого поглощения еды. Она увлеченно рассматривала каждый кусочек перед тем, как употребить его. Как будто каждый из них в отдельности – это особое произведение искусства, а вместе – так, вообще, шедевр. Иштар не скрывал своего безразличия к еде. У него на лице было написано, что в данный момент его интересуют совершенно другие вещи, с завтраком никак не связанные. Он изредка бросал косые взгляды в сторону единственной дочери. Зато юная принцесса полностью была увлечена процессом поглощения пищи. Было такое ощущение, будто ребенок не ел неделю, а может, и дольше.
Эта безмолвная церемония продолжалась бы вечно, если бы в столовую не заявились советники. Вид у них был весьма радостный. Сам король, решивший было устроить пару публичных порок по поводу испорченного завтрака, взглянув на довольные лица, немного смягчился. Он молча положил прибор на тарелку, скрестил руки на груди и приготовился слушать.
– Ваше Величество, наши шпионы донесли о ночном происшествии в замке лорда Нетиуса. Кто-то ослабляет их, уничтожает их солдат. Позапрошлой ночью исчезло трое часовых. Этой ночью пропало четверо, один из них был найден без признаков жизни. Физических ранений не обнаружено, сопротивления солдат, по всей видимости, не оказывал. Похоже, даже нападения солдаты не почувствовали.
Король медленно переваривал услышанное. Несколько минут он сидел молча, разглядывая тарелку, стоящую перед ним.
Ванда шумно зевнула.
– Ладно, папуля, занимайся делами, а я пойду посплю…
– Сидеть! – сказал Иштар, не отрывая взгляд от тарелки. – Что ТЫ об этом знаешь?
– Ничего, – абсолютно искренне ответила девушка. – Я-то здесь при чем? Ты же знаешь, что если бы это была я, об этом бы уже знал весь мир. Я не умею работать незаметно.
Король махнул рукой, давая понять дочери, что она свободна. Девушка подошла к отцу, поцеловала его в щечку, и удалилась в свою комнату.
