Футурологическое эссе "Генератор Желаний" было написано в период с 1986 по 1988 год. Если попытаться охарактеризовать жанр этого произведения в нескольких словах, то можно сказать что это научно-фантастический роман, в котором нет персонажей и сюжета. Точнее, действующими лицами его являются научно-технические и философские идеи, а место сюжета занято там логическим развитием идей. Впрочем, ничего особенно фантастического в этой книге нет - я уверен в том, что большинство из изложенных в ней идей раньше или позже будут реализованы на самом деле, и в этом смысле можно считать это произведение футурологическим.Александр Лазаревич.
Книга "Генератор Желаний" была написана в 1986-1988 годах, на "заре перестройки", и несет на себе отпечаток той эпохи, поэтому некоторые пассажи в ней сегодня звучат странно, а то и того хуже превратились из смелых выпадов в прописные истины. С другой стороны, со временем в книге появилось много "темных мест", поскольку в те времена еще не обо всем можно было говорить открыто, но уже обо всем можно было говорить намеками, вполне прозрачными для того времени, но совершенно непонятными сегодня, когда культура эзопова языка оказалась начисто утраченной, и даже сам автор сейчас затрудняется припомнить, на что он намекал той или иной, как-бы случайно оброненной, фразой. В силу последнего обстоятельства, при подготовке данной публикации автор не решился на "хирургическое вмешательство" в текст, который уже не вполне ему принадлежит, поскольку он превратился в своеобразный "документ эпохи". Поэтому данная публикация точно воспроизводит машинописное издание 1988 года.
Дополнения и комментарии к этой книге, накопившиеся у автора с тех пор, включены в гипертекстовую энциклопедию "Ключ к будущему", (файл KEY2FUTR.ARJ), представляющую из себя словарь-справочник понятий, используемых в "Генераторе Желаний", научно-фантастической дилогии "Червь" и других моих сочинениях (включая некоторые еще не законченные).
А.Л., 4 января 1995 г.
Когда мне было десять лет, я почти что жил в двадцать первом веке, таком двадцать первом веке, каким представляют его себе некоторые фантасты: роботы,компьютеры, звездолеты, победа над всеми болезнями. Чудеса техники! Триумф науки! Человек властелин Вселенной!
Для детского воображения, не слишком скованного реальностью, все это было рядом, совсем близко, вон за тем высоким забором, где (конечно же) располагалось сверхсекретное НИИ. Научно-фантастический фильм о полете на далекую звезду воспринимался почти как репортаж о реальном событии, а таких фильмов и книг в 60-е годы было много, очень много...
Это была удивительная эпоха. Человечество еще не знало энергетического кризиса, еще не прозвучали в полную силу мрачные голоса экологов. Только что был изобретен лазер. Только что стало ясно, что ЭВМ не просто большой арифмометр, а ключ к искусственному интеллекту. Только что первый человек поднялся над тонкой воздушной оболочкой Земли, и облетел земной шар за 108 минут.
И хотя он летел над Землей на высоте не большей, чем расстояние от Москвы до Смоленска, в воображении современников он вознесся к звездам.
Это было время, когда технологический оптимизм достиг своего пика. Управляемый термоядерный синтез? – "Еще лет пять, и неисчерпаемый источник энергии будет в нашем полном распоряжении!" Искусственный переводчик? – "Через десять лет всем людям-переводчикам придется искать себе другую работу!" Экспедиция на Марс? – "Это уже сложнее. Придется подождать до 1982 года, а может быть даже до 1984-го. " Пересадка сердца? "Ну, эта проблема уже решена."
Это была пора беззаботного детства научно-технической революции, и как у всякого ребенка, фантазии и реальность путались у нее в голове. Казалось, она может все... И это была пора моего беззаботного детства, ибо я принадлежу к той части моего поколения, которой выпало самое беззаботное детство за всю историю человечества – предыдущие поколения детей пострадали от войн, будущие, вероятно, "пострадают' от трудового воспитания.
Кстати, о трудовом воспитании. Сейчас спохватились именно потому, что стало видно, что из нас выросло. Мы росли полными лентяями, и НТР поощряла нас в этом. "Через 20 лет никакой черной работы! Будете кнопки нажимать! В белом халате!"
В общем-то все правильно. Кто мог тогда предвидеть какие барьеры придется вскоре преодолевать НТР? Готовить нас к жизни в мире, где нет физического труда, было в то время разумной политикой. Никто не мог тогда знать,что рождение этого нового мира задержится, задержится, по видимому, на время жизни одного поколения. И новое поколение, уже получившее трудовое воспитание, придет в этот мир умных машин, где для жизни нужно не то воспитание, которое они получили, а то, которое получили мы. Впрочем, воспитание и раньше часто оказывалось в противофазе с жизнью.
Итак, мы жили там, в этом светлом и прекрасном будущем. Мы жили так, как будут жить люди в мире, в котором всю физическую работу возьмут на себя роботы. Вместо роботов на нас работали наши родители, но мы тогда не хотели замечать этого. Защищенные от суровой действительности глухой стеной не знающей меры родительской любви, мы воспринимали фантазии как реальность,а реальность как полузабытый дурной сон.
