Она говорила это медленно и с удовольствием, как будто у неё самой прямо сейчас было свидание с этим восхитительным фактом, который Барт всё никак не желал осознавать. Её вопросы звучали невинно, но ощущались как стальные гвозди, которые она вгоняла в крышку гроба его наивной веры в то, что всё как-нибудь обойдётся, если закрыть глаза покрепче.
Он коротко глянул на Веру, в глазах которой сияла святая уверенность, что всё сложится превосходно, потому что Барт по сути само очарование, и не любить его невозможно.
Вера продолжала подкалывать его вопросами, он делал вид, что смущается, хотя усилий особых для этого и не требовалось — она его правда смущала, и мысли пробуждала такие, от которых он сам пугался своей смелости. Это было тем состоянием души, о котором прикольно фантазировать наедине с собой, но испытывать при ком-то жутко неловко, настолько, что он не смог больше этого выдерживать и сбежал телепортом, предварительно натолкав в рот столько еды, сколько смог вместить. Он знал, что они все будут над ним смеяться, его это не волновало — это была стратегия.
Появившись в кабинете Дока, он застал его за заполнением документов, сразу вспомнил, что еды ему не принёс, зато сам стоит с хомячьими щеками, попытался невинно улыбнуться. Док фыркнул и засмеялся, махнул на него рукой:
— Пойди прикорни часик, будешь нужен — разбудят.
Барт кивнул и ушёл в ближайшую пустую палату, лёг поверх одеяла и уснул.
Его разбудил голос Шена в портальном тупике, он раздавал распоряжения по поводу Вериного визита к Санту с благословениями, заполнял журнал.
Это настолько бросалось в глаза на уровне аур, что спутать было нереально — «умные люди» практически ничего в его амулете не переделали, он работал так же, как работал в день создания, они навесили только внешние атрибуты, которые позволяли замаскировать волшебный хаос внутри.
