Гений войны Кутузов полностью

Шедшие последними в колонне Ланжерона бригада С. М. Каменского 1-го и австрийцы генерала Юрчека развернулись (то ли по приказу Кутузова, то ли по приказу своего прямого начальника Ланжерона?) и навалились на французов. Русские – на правое крыло Сент-Иллера, а австрийцы – на его левое. Солдаты Каменского (два полка – Фанагорийский и Ряжский) попытались было остановить прорыв противника. Но мужества и ратного мастерства его солдат, естественно, не хватило против численно превосходящего врага: трижды он кидался вперед и трижды французы его отбрасывали. Тем временем командир 3-й колонны Ланжерон, услышав шум боя у себя в тылу и получив от Каменского известие о прорыве французов по центру, послал на помощь фанагорийцам и ряжцам из Сокольниц свой Курский полк. Но было уже поздно – остатки бригады Каменского по приказу Кутузова уже отошли к Клейн-Гостиерадеку. А «куряне» нарвались на превосходящие силы неприятеля и почти все полегли в неравной схватке.

Несладко пришлось и французам Вандамма, который подвергся атакам австрийцев Роттермунда и русской бригады генерал-майора Берга. Но очень скоро союзные отряды остались без своих вожаков – генералы Юрчек, Берг и Репнинский вышли из строя, и их энтузиазм быстро иссяк.

…Кстати сказать, французские солдаты превосходили противников выучкой и боевым опытом! В русской армии почти что отсутствовали тренировочные стрельбы: три пули в год – это «курам на смех»; а их глиняные аналоги лишь портили ружейные стволы! Русские солдаты вынуждены были брать штыковой атакой и рукопашным боем. Но прежде чем они успевали в него вступить, им приходилось нести потери от убийственного огня противника. Зато в лязге штыков и треске прикладов они были хороши, остервенело громоздя груды окровавленных трупов…

Милорадович, пытаясь повернуть ход боя в свою пользу, постоянно был в огне, но сбросить две французские дивизии со склонов Працена не удалось: солдаты Сент-Иллера и Вандамма были на высоте. К тому же к французам наконец подоспело подкрепление в виде бригады Левассера, окончательно решившей дело в пользу французов. У союзников такой силы не нашлось… и они «дружно» отступили.

Напрасно Кутузов и сам русский царь пытались хоть как-то остановить свои разрозненные полки и батальоны. Утративший хоть какие-то нити управления Михаил Илларионович был ранен пулей в щеку и плакал от… бессилия. В довершение всех бед на глазах у старика получил смертельное ранение его зять Ф. И. Тизенгаузен, скончавшийся спустя три дня.

К 11.00–11.30 4-я колонна была частью уничтожена, а частью рассеяна и серьезного участия в Аустерлицкой битве уже не принимала…

…Между прочим, ведь в какой-то момент чаша весов в схватке за Працены явно колебалась! Все зависело от того, кто первым лучше сманеврирует резервами, сбросит врага с Праценских высот и тем самым завладеет центром позиции. Положение союзников было еще поправимо, если хотя бы часть сил из трех колонн Буксгевдена, бесцельно продолжавших стоять у Тельница и Сокольница, своевременно перебросили для того, чтобы отбить Праценское плато у пока еще малочисленного противника. Можно сказать, что система управления союзного командования в тот момент оказалась дезорганизованной, все решала инициатива частных начальников, но она оказывалась не всегда правильной и чаще всего их реакция была запоздалой. Кутузов после 11 часов успел отдать приказ Буксгевдену об отступлении из низин Тельница и Сокольница, но уже тогда войска третьей колонны оказались в тесном окружении французских частей, а путь отступления первой и второй колонны по надежной дороге к Аустерлицу был отрезан. А после того как 4-я колонна беспорядочно покатилась в свои тылы, исход всего сражения у людей военных, понимавших в этом толк, по сути дела, уже не вызывал сомнений…

Итак, стремительным ударом Сульт прорвал-таки линию обороны и рассек армию противника надвое. Правый и левый фланги союзников теперь бились порознь, как отдельные армии. Но, даже разрезанные на части, они оказывали сопротивление. В центре русской позиции зияла брешь, которой теперь угрожал стоявший напротив корпус Бернадотта: он мог обойти отрезанный правый фланг союзников.