20 мая в войска поступило сообщение Ставки ВГК о возможном начале вражеского наступления в период с 19 по 26 мая. Но и эта дата не подтвердилась. Почему? Ответ на этот вопрос дает бывший командующий группой армий «Юг» генерал-фельдмаршал Э. фон Манштейн. Он вспоминал, что 4 мая в Мюнхене под руководством А. Гитлера состоялось совещание с участием командующих группами армий «Юг» и «Центр» (генерал-фельдмаршал Х. Г. фон Клюге), главного инспектора танковых войск генерал-полковника Г. Гудериана, начальника Генерального штаба сухопутных войск генерал-полковника К. Цейтцлера, командующего 9-й армией генерал-полковника В. Моделя и других военачальников. В своем докладе Модель отмечал чрезвычайное усиление противотанковой обороны советских войск, а также трудности, связанные с необходимостью прорыва сильно укрепленной обороны. Доклад Моделя, который пользовался особым доверием Гитлера, произвел на фюрера сильное впечатление. Он стал опасаться, что наступление немецких войск не будет проведено быстро и успешно или, по крайней мере, так быстро, чтобы осуществить окружение крупных сил советских войск. Опасение Гитлера не разделяли ни фон Клюге, ни фон Манштейн, ни Цейтцлер. «В случае отсрочки группе («Юг». – Авт.), – сказал Манштейн, – потребуется наряду с увеличением танков и увеличение количества пехотных дивизий для преодоления системы обороны противника[451]». Гитлер, подводя итоги совещания, заявил о необходимости еще раз обдумать вопрос о проведении операции «Цитадель» в срок или о ее переносе. 11 мая группа армий «Юг» получила приказ о переносе начала операции на середину июня.
Пока противник готовился к проведению наступательной операции, в войсках Центрального фронта продолжалась работа по совершенствованию обороны и планированию ответных наступательных действий. В этом деле было еще много недостатков, о чем свидетельствует содержание доклада маршала Жукова, направленного 22 мая Сталину по итогам работы в войсках Центрального фронта с 14 по 22 мая. В докладе отмечалось:
«…2. Оборона 13-й и 70-й наших армий организована правильно и глубоко эшелонирована. Оборона 48-й армии организована жидко и с очень слабой артиллерийской плотностью, и если противник ударит по армии Романенко и вздумает обойти Малоархангельск с востока с целью обхода главной группировки Костина (псевдоним К. К. Рокоссовского. – Авт.), то Романенко не сможет сдержать удара противника. Резервы же фронта расположены главным образом за Пуховым и Галаниным, они вовремя на помощь Романенко подоспеть не смогут.
Я считаю, Романенко надо усилить за счет резерва Ставки двумя стрелковыми дивизиями, тремя танковыми полками Т-34, двумя иптап и двумя минометными артиллерийскими полками РГК. Если это будет дано Романенко, то он сможет организовать хорошую оборону и, если будет нужно, может плотной группировкой перейти в наступление.
В обороне Пухова и Галанина и других армий фронта основные недостатки заключаются в отсутствии иптап. Фронт на сегодняшний день имеет иптап всего четыре, из них два без тяги находятся в тылах фронта.
Ввиду большого некомплекта 45-мм орудий в батальонах и полках противотанковая оборона первых эшелонов и переднего края организована слабо.
Считаю, Костину нужно как можно быстрее дать четыре полка иптап (с Романенко 6), три полка самоходной 152-мм артиллерии.
