Гений зла Гитлер полностью

В результате в возрасте тридцати с небольшим он стал самым молодым в Европе генералом.

Франко не входил в число военных, инициировавших мятеж, но встал на сторону восставших и скоро оказался в числе самых авторитетных людей в их среде.

В политике генерал, имевший репутацию «хладнокровного бесстрашия», проявлял столь же хладнокровную осмотрительность. Он выжидал, тянул время, политически не присоединялся ни к одной партии, даже к коллегам-военным – удобной отговоркой ему служил лозунг о «вечной Испании», – и в итоге оказался приемлемой фигурой и для монархистов, и для фалангистов, и для профессиональных военных.

Его считали «недалеким, но честным», и в итоге Франциско Франко оказался арбитром всех политических конфликтов, возникавших между различными фракциями националистов. Это был вовсе не очевидный результат – в движение входили многие люди поярче, чем генерал.

Как это у него получилось – неразрешимая загадка.

Пожалуй, столь же неразрешимая, сколь и другая – каким образом низенького роста офицер совершенно не геройского вида, никогда не повышавший голос на подчиненных, добился безоговорочного повиновения головорезов, составлявших части Испанского иностранного легиона.

Однако он решил обе задачи – и легион подчинил, и новый, националистический режим возглавил. Гражданская война завершилась, последние части республиканцев или капитулировали, или покинули страну.

Начиная с 1 апреля 1939 года генерал Франко говорил за всю Испанию.

Шахматы – одна из самых сложных игр, когда-либо изобретенных человечеством. Хорошему игроку требуются многие качества – и изощренный ум, и железные нервы, и способность к дальновидному расчету. Представим себе, однако, что игра усложнена и состоит теперь уже не в интеллектуальной дуэли – один на один и равным оружием. Отнюдь нет – по новым правилам игра идет на нескольких досках сразу, и надо учитывать не только свои ходы, но и вообще все, что происходит на всех досках. К тому же игроки вовсе не равны друг другу по ресурсам, которыми они располагают. Те, кто сильней, вообще норовят перетягивать более слабых на свою сторону и использовать их как пешки.

B сентябре 1939 года Испания оказалась чем-то вроде «пешки зеленого цвета», зажатой между «белыми» и «черными».

Больше всего на свете Франко хотел оставаться нейтральным.

Но у режима националистов имелись долги. Вся «иностранная помощь» шла в Испанию через генерала Франко – он-то и был тем человеком, который сумел ее добиться.

На него смотрели как на сторонника «держав Оси».

Соглашение, ставшее известным как пакт Молотова – Риббентропа, в Мадриде вызвало шок. Дело тут в том, что Гражданская война, стоившая неисчислимых жертв, закончилась в апреле 1939-го. Побежденные республиканцы получали всевозможную помощь от СССР, правительство Испанской Республики переправило золотой запас страны в Россию – и так далее. А Германия помогла националистам и оружием, и инструкторами, и даже прямым участием в войне «добровольцев» из Легиона «Кондор».

Понятно, что CCCP в националистической Испании ненавидели, а Рейх – ценили и уважали.

И вдруг, как по мановению волшебной палочки, СССР и Рейх оказались как бы союзниками.

Это надо было как-то объяснить – и подход тут нужен был деликатный…

Получила хождение высказанная в Италии идея о том, что фашизм – «третий путь Бенито Муссолини, отрицающий и социализм, и капитализм на основе национального сплочения», нечто универсальное и что СССР идет тем же путем, а «Сталин становится хорошим фашистом» – лидером, сумевшим сплотить страну.

Такие объяснения давались в Мадриде еще в конце августа 1939 года, но уже 3 сентября Англия и Франция объявили Рейху войну.

Надо было наметить какой-то курс, который держал бы Испанию в равном отдалении и от союзников, и от Германии. При этом следовало учитывать, что Германия «рассчитывает на испанскую дружбу». A Англия владеет Гибралтаром, на который претендует Испания. Но воевать с ней – пусть даже из-за Гибралтара – очень бы не хотелось.

И тут Франциско Франко показал, на что он способен.

31 декабря 1939 года он произнес поистине удивительную речь.

Вообще-то Франко, в отличие от Муссолини или Гитлера, отнюдь не блистал как оратор и говорил на публике редко и довольно неохотно. Однако в канун нового, 1940 года он изменил своим привычкам и в речи, обращенной к испанскому народу и транслируемой по радио, счел нужным покритиковать Англию и Соединенные Штаты за «преследование и уничтожение их коммунистических партий».