Он вернулся в Германию осенью 1937 года, a в 1939-м Гитлер наградил его Испанским крестом с мечами и бриллиантами [1]. После окончания Французской кампании 1940 года Гуго Шперле получил чин фельдмаршала – и вот теперь именно ему Гитлер доверил продолжение войны против Великобритании.
С июля 1940 года Шперле командовал всеми силами Люфтваффе на Западе. Предполагалось, что он
Операцию по высадке в Англии сперва отложили, а потом и вовсе отменили.
Флот получил директиву Гитлера о
Прошел слух, что назревает вторжение в Испанию с целью захвата Гибралтара. Собственно, слухи ходили самые разнообразные, согласно мемуарам Вальтера Варлимонта, служившего в OKW, делались даже черновые наброски похода через Турцию в Афганистан на соединение с японцами. Предполагалось, что они вступят в войну против Англии и мигом захватят Индию.
Схема, конечно, была фантастической.
Но война с Англией шла, и надо было что-то делать помимо бомбежек Лондона, на которые англичане иной раз отвечали воздушными рейдами на Берлин. Германия находилась в положении, когда она, сокрушив всех своих врагов на Западе, никак не могла консолидировать результаты своей победы. Непосредственно до Англии было не достать, и
Следовало выработать какую-то стратегию – и быстро, потому что из-за плеча Великобритании уже выглядывали США.
Но вот с выработкой стратегии как раз и возникли проблемы.
Поздней осенью 1940 года Адольф Гитлер был не диктатором, а всесильным владыкой Рейха. Он сочетал в одном лице и главу государства, и главу правительства, и главнокомандующего всеми вооруженными силам Германии – и при этом со статусом и славой национального героя.
Гитлер – великий провидец, чьи видения оказались реальностью, – ведет за собой могучий Рейх, скрепленный нерушимым единством. Но для людей, посвященных в реальность, как раз
Дело, разумеется, было не в отсутствии лояльности.
Его престиж стал нерушимым, и вопрос о
Но вот понять, что же это такое – воля фюрера, было мудрено.
Административная структура Рейха была чем угодно, но не стройным зданием. Начать с того, что глава государства был занят войной. Он часто просто физически отсутствовал в Берлине, а когда наездами бывал в своей столице, к нему мог пробиться на прием только человек со статусом имперского министра, да и то далеко не всякий. Так сказать, все вопросы замыкались на фюрере, но он предпочитал, чтобы решения принимались лицами подчиненными, а уж о результатах он судил сам.
И очень не любил, когда его министры вдруг начинали какие-то согласованные действия – это не одобрялось. Они должны были соперничать за его одобрение – и пусть победит сильнейший. Так он понимал законы дарвинизма.
Кабинет министров не собирался с 1938 года.
Бюрократические формальности фюрера утомляли, вникать в детали он не любил и охотно предоставлял их профессионалам.
Эрнст фон Вайцзеккер – государственный секретарь в МИДе, второй человек в этом министерстве после Риббентропа, член НСДАП и бригаденфюрер СС, – и то говорит, что и в глаза не видел Гитлера в течение пяти месяцев, с мая по сентябрь 1939 года. А в сентябре 1939-го как-никак началась Вторая мировая война – и глава государства даже ни разу не взглянул на детально подготовленные для него материалы. Он ограничился чтением срочных депеш и раздачей руководящих директив – все остальное было оставлено на сотрудников аппарата.
Но и эта особенность стиля руководства фюрера была ничтожна по сравнению с его привычкой чуть что – создавать специальные структуры, которые вмешивались в юрисдикцию любых министерств Рейха. Руководство в них поручалось какому-то конкретному лицу – и уж дальше это конкретное лицо должно было выполнять волю фюрера, неизбежно наступая на мозоли уже существующим организациям.
Хорошим примером тут могла бы послужить так называемая Организация Тодта.
