– Да, – выдохнул Дезмонд.
Блондинка встала и на несколько минут скрылась в ванной комнате, а вернувшись, быстро оделась.
Пристань освещали только луна и фонари на столбах – оба источника света тонули в густом тумане и темноте.
Дезмонд остановил машину, но не стал открывать дверцу. Ему хотелось подобрать какие-нибудь прощальные слова. Эйвери, опустив голову, возилась с молнией на куртке.
– Давай дадим друг другу обещание.
– Дез!
– Ты не поняла. Это как… приглашение на свидание. – Он улыбнулся. – Да-да, ты не ослышалась. Когда все это закончится, уедем куда-нибудь вместе, где ни один из нас раньше не был. Никакой работы, никаких глобальных заговоров. Только ты и я. Отдохнем. А заодно разберемся, что между нами.
Девушка взяла его за руку.
– Извини, но я не хотела бы связывать себя обещаниями. Мало ли кого я еще повстречаю на этом корабле.
Дезмонд открыл рот для ответа, но Эйвери его опередила:
– Шучу. Я согласна. Мне тоже надоела горячка.
Когда Эйвери поднялась на борт могучего грузового судна, Дезмонд позвонил старшему разработчику «Ren-dition». Они условились срочно встретиться в отеле. Дезмонд не мог рисковать появлением в офисе создателей программы или какой-либо другой компании «Китиона». Он обзвонил еще троих разработчиков, способных воссоздать программу, также пригласив их на встречу. Эти люди представляли собой последнюю нить, ведущую к «Rendition».
К удивлению Юрия, эвакуация из Испании прошла без происшествий. Над дорогами не висели вертолеты, охрана в порту Бильбао не отказалась от взятки – бриллианты все еще сохраняли привлекательный блеск в глазах людей с эластичной моралью, особенно когда государственная власть и ее денежные единицы начали выходить из моды. Люди гонялись за ценностями, которые можно без труда унести в кармане.
Звонок, которого так ждал Юрий, застал его на борту самолета уже за пределами Испании.
Впервые за время совместной работы Юрий услышал в голосе Мелиссы Уитмейер нотки облегчения.
– «Rapture» работает.
– На полную мощность?
– Так точно. Устройство только что испытали на подопытных пациентах.
Юрий посмотрел на поверхность океана внизу. Свершилось! Они взяли верх, теперь их ничто не остановит. Остальное – дело времени.
– Ликвидировать фигурантов из первого списка?
– Нет, рано. Вводите в действие решетку. Закончите – позвоните.
По всему миру начали открываться ворота сельских амбаров и хранилищ. На бетонные и асфальтированные площадки выезжали автоматические пусковые установки. Они походили на гигантские передвижные машины по установке строительных лесов – тринадцать с половиной метров в ширину, пятнадцать в высоту и двенадцать в длину, с резиновыми колесами диаметром полтора метра, каждое – с индивидуальным приводом. В четырех углах платформы торчали толстые стальные трубы.
В Лексингтоне, штат Виргиния, техник управлял гигантской машиной с помощью планшета. Установив ее на место, он нажал зеленую кнопку. С трех боков установки поднялись толстые белые панели – защита от ветра. Машина была запрограммирована улавливать направление ветра и разворачиваться в такое положение, в котором ее открытая часть находилась бы с подветренной стороны, а хрупкие механизмы – под прикрытием панелей.
Техник вставил пакет, и в недрах установки начал расти воздушный шар. Оболочка была сделана из почти прозрачной ткани; когда шар надулся и нацелился в зенит, он стал похож на гигантскую летучую медузу.
Через двадцать минут установка запустила шар, и тот свободно воспарил к небесам, оснащенный фотогальваническим солнечным элементом и микрополосковыми антеннами, способными поддерживать связь с интернет-устройствами на земле.
Шары всплывали один за другим каждые двадцать минут и отправлялись в стратосферу. Им предстояло перемещаться вдоль поверхности земного шара, не теряя связи между собой и разбросанными по всему миру наземными станциями. Шары могли не терять высоту три месяца, однако на выполнение задачи отводилось намного меньше времени. Когда «Зеркало» вступит в силу, они скоординированно опустятся на землю и превратятся в рукотворную реликвию, напоминающую о необратимой перемене в судьбе человечества.
В последнем воспоминании Дезмонд нервничал, ожидая программистов в номере отеля. Разработчики один за другом заняли места в гостиной – три парня и девушка, все не старше 20–30 лет. Двое хлопали спросонья глазами, один был на взводе и сжимал в кулаке банку «Red Bull», последний был слегка навеселе. Часть команды по разработке «Rendition» после окончания работ ушла в долгожданный отгул.
– Прошу извинить, что вызвал вас в столь поздний час. Боюсь, что кое-кто вскоре может воспользоваться «Ren-dition» с дурными намерениями.
Старшим разработчиком был индоамериканец по имени Рагав.
– Для чего?
– Чтобы нанести вред людям, взять их под контроль.
Программисты явно ничего не поняли.
– Как? – спросил Рагав.
Дезмонд встал и подошел к окнам высотой во всю стену.
