Лин бросила на него беглый взгляд, потом поднялась со своего места.
– Давайте проверим запасы провизии, мистер Уорд, – обратилась она к попутчику.
Они ушли в хвост самолета, оставив Дезмонда наедине с Пейтон.
Пейтон указала на соседнее кресло. Дезмонд присел. Она протянула руку ладонью кверху, он взял ее, их пальцы переплелись. На мгновение Дезмонду показалось, что Пейтон наклонится к нему, но она сдержалась.
Пейтон заговорила мягким тоном, выдававшим беззащитность, – Дезмонд редко такой ее видел.
– После битвы на Острове, когда мы не смогли тебя найти… я волновалась.
– Я тоже. Меня некоторое время держали в плену. Я не знал, что случилось с тобой. И с Эйвери. – Последнее дополнение получилось само собой – Дезмонд не успел даже задуматься.
Пейтон несколько раз моргнула.
– У тебя с ней были отношения?
Дезмонд замялся, не зная, как лучше ответить. Он решил не юлить.
– Да.
– И теперь ты все помнишь.
Он кивнул.
Рука Пейтон ослабила хватку и постепенно отпустила руку Дезмонда. Он заметил, что пытается ее удержать.
– Ничего страшного.
Дезмонд так и не понял, что она имела в виду – чтобы он отпустил ее руку, всю ее целиком, или же она прощала его. А может, просто хотела заполнить болезненную паузу?
– Она и я…
– Ты не обязан отчитываться, Дез. – Пейтон отвернулась к окну. – Наша совместная жизнь давным-давно закончилась. Главное, чтобы ты был счастлив.
Беда только, что он сам не знал, с кем хочет быть. Он как бы начал жить заново и в этой новой жизни видел перед собой только поединок с Юрием.
– Давай поговорим об этом, когда… все закончится. А пока отложим.
– Хорошо.
– Что было после Острова?
– Эйвери получила ранение.
– В низ живота?
Пейтон кивнула.
– Откуда ты знаешь? Рана открылась?
– Да. Из нее идет кровь.
Пейтон вскочила на ноги.
– Я должна ее осмотреть.
Отношения между Пейтон и Эйвери явно стали теплее. Или просто Пейтон в первую очередь всегда чувствовала себя врачом. А может, и то, и другое.
– Она держится, – сказал Дезмонд. – И в эту минуту наверняка очень занята.
– Ладно, подожду.
– Что было потом?
– Мама вознамерилась найти «Бигль». И нашла. В Арктике. Мы несколько недель обыскивали субмарину. Обнаружили кости вымерших видов – и человека, и животных. Ноев ковчег, да и только.
– Что она с ними сделала?
– Секвенировала ДНК.
– Интересно.
– Мы нашли записку, которая привела нас к еще одному тайнику с костями в пещере на севере Испании. Их спрятал там ее отец, Пауль Краус. Он состоял в «Китионе» и был одним из первых создателей замысла «Зеркала», одним из тех, кого убил Юрий.
– Не шутишь? – Дезмонд вспомнил, что читал в записках Уильяма Шоу про отца Лин и его работу на борту «Бигля». – Почему эти кости надо было прятать?
– Краус считал их «хлебными крошками» – частями спрятанного в геноме человека кода.
– Что это за код?
– Свидетельство того, что эволюция – более сложный процесс, чем ранее представлялось. Краус выдвинул теорию, что эволюция шла в интерактивном режиме. Усложнение мозга и развитие сознания ускоряли эволюцию, появлялись новые мутации.
– Каким образом?
– Не знаю. – Пейтон немного подумала. – Когда мы привезли из Испании образцы, мать отправила меня с ними на суперколлайдер в Техасе.
– Как БАК в ЦЕРНе?
– Да, только еще больше.
– Значит, код в геноме человека и квантовые частицы как-то связаны?
– Да. Сигнатура – ключ доступа к квантовому процессу, связанному с эволюцией.
Дезмонд взвесил факты в уме.
– Это и есть эндшпиль твоей матери?
– Я не уверена.
Дезмонд заметил стоящую в проходе Эйвери. Лин и Уорд тоже вернулись и расселись в креслах напротив Дезмонда и Пейтон.
– Итак, – сказал Уорд, – что собой представляет «Зеркало»?
– Они покинули воздушное пространство США, – констатировал Юрий.
На другом конце линии Коннер подумал вслух:
– Возможно, ищут убежище. Какую-нибудь страну с ограниченным доступом к интернету. Возможно, попытаются втянуть ее власти в борьбу.
– Вряд ли. Скорее, летят за «Rendition». Если они уничтожат программу, это отбросит нас назад на годы, если не на десятилетия.
– Нужно выяснить, куда они летят.
– Этим я уже занимаюсь.
– А что с «Rook»?
– Работает без сучка и задоринки. Два миллиона человек, и счет продолжается. Осталось дождаться «Ren-dition».
В штаб-квартире ЦКПЗ в Атланте Эллиот Шапиро и Фил Стивенс изучали статистику смертности. Сначала поступали лишь разрозненные сообщения, потом лечебные центры Х1 забили тревогу, сообщая в органы здравоохранения округов и штатов о росте смертности среди наиболее пожилой части населения. Смерть настигала практически только пациентов с болезнями Паркинсона, Альцгеймера и деменцией, причем число смертельных исходов продолжало нарастать, что никак не вязалось с естественным течением этих заболеваний.
