– Есть также другие сценарии, которые вам уже известны. Робот стоимостью в недельную зарплату среднего работника, способный питаться энергией от солнечной батареи и работать круглые сутки целыми десятилетиями, не нуждаясь в замене деталей и даже техобслуживании. Такое устройство сделает безработными девяносто процентов лиц физического труда повсюду в мире. Если его запретят у нас, другие страны, не поддержавшие этот запрет, станут мировыми производственными центрами. Если у нас запретят вести с ними торговлю, те страны, которые ее не запретят, получат огромное экономическое преимущество.
И, наконец, искусственный интеллект, способный выполнять больше половины работы в мире, – техподдержку, ввод данных, несложную медицинскую диагностику, рутинные юридические услуги вроде завещаний и покупки недвижимости, бухучет. Это будет мир, созданный людьми, но мало нуждающийся в человеческой физической и умственной силе. И этот мир уже наступает. Переход к такому миру будет крайне болезненным.
Дезмонд взял с трибуны бутылку воды и отхлебнул, позволяя собравшимся вникнуть в сказанное.
– Мы предлагаем способ предотвращения этих катастроф – и природных, и рукотворных, способ моделирования сценариев и понимания будущего, возможность отслеживать умственную активность тех, кто причиняет вред другим, и мгновенно ее прекращать. При этом наша разработка дает намного больше. Она – ключ к новому типу бытия. И ключ этот уже заложен во всех нас.
Я пришел к вам сегодня просить о мире. «Китион» вам не враг. Мы попросту пытаемся помочь. Мы настроены на сотрудничество. Но заранее предупреждаю: мы хотим, чтобы мир был спокойным и добрым, и мы этого добьемся – с вашим участием или без него.
В зале наступила тишина.
– Вопросы?
Один из генералов рыкнул:
– Вы требуете, чтобы мы сдались?
– Нет, сдаются врагу.
Генерал закатил глаза.
– Скажу по-другому: вы желаете управлять, не так ли? Нами да и, черт побери, всем миром!
– Не желаю. Поверьте, это – последнее, что меня заботит. Наше требование элементарно: мы хотим, чтобы люди перестали убивать друг друга.
После выступления Дезмонд вернулся в свой кабинет, лег на шезлонг и включил приложение «Rendition Games».
Когда установилась резкость, он оказался в гостиной родительского дома периода его детства. Стены – как тогда, но не тронутые огнем; в его версии «Rendition» не было Пепельной среды.
В широком дверном проеме возникло улыбающееся лицо.
– Ты где был?
– На собрании, – пробормотал Дезмонд.
Он поднялся, обнял брата. Коннер улыбался, гладкие щеки без шрамов и отметин были свежевыбриты.
– С кем? – поинтересовался Коннер.
– С генералами и политиками.
– Лучше бы здесь остался.
– Я и сам всерьез об этом подумываю.
– Ребята! – позвала мать из комнаты для рукоделия. – Помогите отцу!
Когда они вышли поздороваться, отец слезал с лошади. Он передал поводья Коннеру, поблагодарил и направился в дом. Задав корм и воду коню, братья принялись подметать в сарае.
– Что случилось после Буэнос-Айреса?
– Ты спас мне жизнь.
– Как?
Дезмонд оперся на метлу.
– Юрий собирался меня убить.
Коннер тоже прекратил работу. Он посмотрел по сторонам, ожидая продолжения рассказа.
– Ты не позволил. Спас меня.
– А что случилось со мной?
– Тебя застрелил Юрий. Пуля предназначалась для меня. Мы пытались тебя спасти, но не смогли. – Глаза Дезмонда увлажнились. – Извини. Мы очень старались…
– Я рад.
– Чему?
– Что ты выжил. Ты там лучше меня разберешься. Когда ты меня нашел, от меня осталась лишь пустая оболочка. Еще пара лет, и я бы умер.
– А здесь?
Коннер обернулся навстречу брату.
– Здесь я дома. Там, где всегда хотел быть.
На другом конце Вашингтона Пейтон стояла за похожей трибуной в лекционном зале Национального института здравоохранения.
– История инфекционных заболеваний и в целом медицины всегда сводилась к пассивному реагированию. Человек заболевает – мы реагируем. Новые патогены заражают сотни и тысячи человек, прежде чем мы успеваем их обнаружить. Опять мы лишь бьем по хвостам.
Пейтон щелкнула мышью, появился очередной слайд.
– Этому наступает конец. Впервые в истории мы имеем возможность засечь момент, когда новый патоген проникает в организм первого носителя. Мы способны имитировать воздействие вируса или бактерии на человеческий организм и виртуально испытывать методы лечения. Лекарство можно распространять в онлайновом режиме без прямого вмешательства.
Некоторые слушатели сидели с огорошенным видом, другие, уже знакомые с методами ликвидации пандемии Х1, согласно кивали.
– То, о чем я веду речь, не проект в стадии разработки, не будущая инновация, отягощенная потребностью в крупных инвестициях, длительным ожиданием, неизбежными проволочками и сбоями в реализации. Это средство уже существует, оно внутри каждого из вас. И внутри меня.
Еще один щелчок. На экране возникло изображение нанитов «Rapture».
