После окончания речи народ разошелся, оставив Дезмонда наедине с Коннером. И только у дверей осталась пара охранников.
Дезмонд тихим, сдавленным голосом спросил:
– Что ты наделал?
– То, что нужно.
– Коннер! – Дезмонд посмотрел на брата в упор. – Это ведь мои испытуемые для программы «Rendition», не так ли? Ты их использовал повторно, словно…
– Они не жильцы, Дезмонд.
– Это не дает тебе права на…
– Они – добровольцы.
– Что ты испытываешь?
– Способ распространения.
– Распространения чего?
Коннер кивнул охранникам, те вышли и прикрыли за собой дверь.
– «Rapture», – сказал он.
У Дезмонда отвалилась челюсть.
– Ты серьезно?
– Это – единственный путь.
– Какой еще путь? Что это? Чем ты с Юрием здесь занимаешься?
– Тем, что необходимо сделать.
– Это – генная терапия, ретровирус?
Коннер промолчал.
– Не хочешь мне говорить? Значит, правде и партнерству конец?
– Прошу тебя, позволь мне самому закончить данную часть проекта. Юрий мне доверяет. Надеюсь, ты тоже.
– Сколько человек погибнет, Коннер?
– Не так много. – Коннер покрутил головой. – Люди ежедневно умирают по совершенным пустякам. Все имеет свою цену. «Зеркало» стоит жертв.
Дезмонд раскрыл рот, чтобы возразить, и снова закрыл его. Он не узнавал брата.
– Что с тобой случилось? – Вопрос вырвался прежде, чем Дезмонд успел его взвесить.
– Со мной? Ничего.
– Такое впечатление, что я говорю с другим человеком, Коннер. Ты даже выглядеть стал иначе.
– Я взял на себя новые обязанности.
Дезмонд прищурился.
– Мне поручено командование службой безопасности «Китиона». Я прохожу подготовку.
– К чему?
Коннер подступил к брату.
– К началу. Придется пострадать, но ты не волнуйся. Я справлюсь. Мы не зря в одной команде – ты, я и Юрий. У каждого своя роль. Я хочу сыграть свою сам и прошу тебя не мешать.
Дезмонд отступил на шаг.
– Мне потребуется время.
– Чего-чего, а времени у нас как раз нет.
– Что ты имеешь в виду?
– Процесс уже пошел.
Фраза отозвалась в сознании Дезмонда сигналом тревоги.
Он попытался подобрать такие слова, которые заставили бы Коннера повернуть назад, одуматься. Однако глядя на брата, понимал: поздно, тот зашел слишком далеко. Они с братом отличались в одном важном аспекте, который Юрий заметил и использовал в своих целях. Раны Коннера были глубже. Обоих опалил тот же огонь, но страдания Коннера длились дольше, ранили острее. Он, как и Дезмонд, был уязвим, только на еще более глубоком уровне. Это позволило Юрию зазомбировать его, превратить в нож, вскрывающий вены всему человечеству.
Дезмонд впервые разглядел истинное лицо своего наставника – и пришел в ужас. Все, что говорил старик, было правдой. Мир был несправедлив, жесток, нуждался в переменах. Но предложенное им решение было бесчеловечным. Дезмонду цена показалась слишком высокой, а Коннеру нет.
Юрий давно это понял. И даже как-то обмолвился об этом в разговоре с Дезмондом. Его призванием было умение читать людей, понимать, на что они способны и как себя поведут. Юрий передвигал их как шахматные фигуры – каждую ставил в подобающую для нее позицию.
Дезмонд был загнан в угол. Выход только один. Однажды он уже попал в такое положение, когда в дом Орвиля явился Дейл Эппли, вывел Дезмонда к садовому сараю и поставил перед выбором – стать убийцей или быть убитым.
На плечи тяжким грузом легла ответственность за решение. Он знал, что от этого момента зависит все его будущее. Он всю жизнь посвятил «Зеркалу» и осуществлению плана Юрия. Но цена была… несоизмерима. На такое он не подписывался. Дезмонд не собирался приносить в жертву невинных. Значит, надо вступить в битву вместо тех, кто не способен это сделать сам. Он должен остановить Юрия – даже ценой потери брата.
– Я понимаю, – прошептал Дезмонд.
Коннер облегченно вздохнул.
– Хорошо. Я знал, что ты поймешь, Дез. Я так и сказал Юрию.
Дезмонд постарался задать вопрос как можно непринужденнее:
– А дальше что?
Губы Коннера искривились в улыбке.
– Нас ждет много работы.
– Какого рода?
– Будет много поездок.
– Куда?
– Ты пока подготовь «Rendition». Ждать осталось недолго, брат.
Возвращаясь от причала, Дезмонд лихорадочно обдумывал варианты действий.
Открыто выступить против Юрия? Не выйдет. Он наверняка уже подготовился.
Сообщить в ФБР? Посадят скорее его самого, чем Юрия.
Передать сведения в «Вашингтон пост»? Это могло сработать. Вот только копать им придется с самого начала. Пока они наведут справки и получат подтверждение, уйдет время, а времени, как заметил Коннер, больше не оставалось. Необходимо найти такого журналиста, который бы уже раскопал верхний слой заговора «Китиона», поверил бы ему и опубликовал разоблачение в кратчайшие сроки.
