Генри так мечтал снова оказаться на уроке математики и дремать от скуки под бормотание учителя! Никаких больше погонь, магических трюков и опасностей. Но не тут-то было! Стоило мальчику поверить, что его жизнь станет прежней, как на пороге класса появилась Хильда – подруга Генри и по совместительству валькирия. Хильда утверждает, что Генри ждёт новое магическое приключение! Ведь злобный карлик Альберих, задумавший захватить весь мир, взялся за старое. Друзья должны помешать ему добраться до золота нибелунгов. Но что, если их новая миссия – это просто ловушка?
Frauke Scheunemann
Henry Smart. Im Auftrag des G"otterchefs
Посвящается Анри настоящему
Математика такой невероятно нудный предмет, что я того и гляди усну. Уже полчаса мистер Томас объясняет, как правильно пользоваться транспортиром. ТРАНСПОРТИРОМ! Он повторяет материал второго класса, что довольно глупо, потому что мы в седьмом. А я в восторге! Да, так и есть! Монотонный голос мистера Томаса великолепен. Он несёт какой-то вздор о линиях и углах, а я просто счастлив. Потому что здесь хоть и скучно, но абсолютно безопасно. Ничто тебе не угрожает ниоткуда. Тут только мистер Томас, транспортир и я. О, и ещё вредина Мелисса Эджвуд, которая, сидя рядом со мной, совершенно безучастно покрывает ногти лаком. Класс!
От одной лишь мысли о прошлых летних каникулах у меня мороз по коже. Чего со мной только не происходило – а ведь я-то ожидал, что проведу с папой в Германии несколько жутко тоскливых недель! Нападение на меня верзил в нашем пансионе, атака карликов в лондонском Тауэре и путешествие во времени в Шервудский лес к Робин Гуду, где я чуть было не погиб… Нет уж, лучше об этом и НЕ думать. Лучше и дальше клевать себе носом. Мир и покой. Вот это по мне.
Из полудрёмы меня вырывает громкий стук в дверь. Несколько секунд спустя в классе появляется директор школы миссис Джоунс.
– Доброе утро, мистер Томас, доброе утро, седьмой «А»! – буквально вопит она без всякой злости в голосе. Тише говорить она просто не умеет. Вероятно, так бывает, если руководить школой больше двадцати лет.
– Доброе утро, директор Джоунс, – хором отвечаем мы.
Мои одноклассники провожают её взглядами, пока она широким шагом марширует к столу мистера Томаса. Но интересует их не директриса, а девочка, которую она тянет за собой. Спортивный вид, светло-рыжие длинные волосы и много веснушек – в первую очередь именно они кажутся мне чертовски знакомыми. От ужаса транспортир выпадает у меня из рук!
– Позвольте представить вам новенькую. Хильда Азен, – миссис Джоунс поворачивается к девочке. – Хильда, это твой новый класс.
Этого же быть не может! Передо мной, прямо посреди моего класса стоит Хильда! Да, именно: та самая Хильда, с которой я только что расстался в Байройте. С ума сойти!
– Хильда Азен – наша новая ученица по обмену из Германии, – объясняет необъяснимое миссис Джоунс. – Весь этот год она будет учиться с вами.
Мелисса Эджвуд, так высоко вскинув брови, что они почти сливаются с корнями волос, шепчет своей соседке:
– Что здесь забыла эта морковка? И не слишком ли она мала для школьного обмена?
Чисто формально Мелисса права. Обычно по обмену приезжают школьники постарше, десятый и одиннадцатый классы. Среди двенадцатилетних в средней школе нет никого. Но вот чего Мелисса не знает: Хильде намного больше не только двенадцати, но и пятнадцати или шестнадцати. Я бы предположил, что ей скорее лет так три тысячи плюс-минус каких-нибудь пятьсот годков – кто ж это точно скажет. Тем, кому сейчас три тысячи лет кажутся небольшим преувеличением, я могу всё объяснить: на самом деле Хильда валькирия, и зовут её вообще-то Брунхильда. Она любимая дочь Вотана, того самого главного германского бога, и сама по себе божественное существо – поэтому какая разница, сколько ей: три или три с половиной тысячи лет. Прежде, у древних германцев, Хильда сопровождала павших героев с поля битвы в зал славы, но с тех пор, как залы славы вышли из моды, она работает в агентурной сети отца.
Я познакомился с Хильдой на летних каникулах, когда мы с папой жили в пансионе её тётушек, которые в действительности ей даже не тётушки. Я, Генри Смарт из Сан-Франциско, – по соседству с валькирией! Невероятное совпадение. А потом я вошёл в агентурную сеть Вотана и внезапно был вынужден спасать мир. Ну, правда, по ошибке. Вообще-то я надеялся, что после каникул моя жизнь станет спокойнее. Но вот Хильда в моём классе, и у меня дурное предчувствие: скоро о покое можно будет забыть. Потому что в этот фокус со школьным обменом я не верю!
Миссис Джоунс оглядывает класс.
– Куда бы тебя посадить? – вслух размышляет она. Справедливый вопрос, если учесть, что в этом кабинете мы сидим на стульях с откидными столиками. То есть теоретически Хильда могла бы сесть с любым из нас. Похоже, у миссис Джоунс появилась идея. Лицо её светлеет, и она указывает на меня: – Там! Лучше всего тебе сесть рядом с Генри. Насколько мне известно, Генри очень хорошо говорит по-немецки. И если тебе будет что-то непонятно, он, конечно же, охотно поможет.
Кивнув, Хильда робко улыбается, за что достойна номинироваться на звание «лучшая актриса»: ведь на самом деле она совсем не робкая. Взяв один из стоящих сбоку свободных стульев, она придвигает его ко мне.
– Привет, Генри! – тихо здоровается она.
Не ответив, я застывшим взглядом смотрю вперёд. Пусть не думает, что я рад её видеть!
