Уходят все, кроме Йорка, который остается на сцене, чтобы в очередной раз поделиться со зрителями своими соображениями. Как выясняется, у герцога Йоркского созрел коварный план, и инициатива зловредного кардинала Бофора услать Йорка подальше в Ирландию играет нашему Ричарду Плантагенету только на руку: теперь в его распоряжении окажутся войска, которых у него не было. И пока он с этими приданными силами будет находиться в Ирландии, в Англии начнет осуществляться тайная операция, суть которой в следующем: есть доверенный человек по имени Джон Кед, ловкий и опытный разведчик, храбрый воин, обладающий лидерскими качествами и уже показавший себя верным и преданным Йорку. Этот Джон Кед назовется Джоном Мортимером, реальным человеком, который уже умер. Но народ-то о его смерти не знает, и для обычного обывателя «Джон Мортимер» будет означать, что носитель этого имени является членом семьи Мортимеров. Той самой семьи, к которой принадлежит и герцог Йоркский. Членов семьи народ в лицо не знает, а фамилия-то на слуху, и всем известно, что она королевская. Замысел герцога состоит в том, чтобы псевдо-Мортимер потихоньку поднимал в народе смуту, а заодно и агитпропом занимался и выяснял, насколько население готово поддерживать Йорка как представителя Мортимеров в его претензиях на престол. Как только смута наберет обороты, Йорк заявится в Англию во главе армии, которую столь неосмотрительно предоставит в его распоряжение Сеффолк. Кед – человек проверенный и надежный, и даже если в случае неудачи его схватят, он и под пытками не признается и не назовет имени того, кто его подстрекал и нанял. А уж если восстание окажется успешным и короля свергнут, то в отсутствие Хамфри Глостера первым претендентом на трон станет Ричард Плантагенет, герцог Йоркский.
Что касается восстания Джона Кеда, назвавшегося Джоном Мортимером, – все чистая правда, так оно и было. Однако прямая причастность к нему герцога Йоркского остается под вопросом.
И не забываем, что перед тем, как покинуть сцену, кардинал Бофор выразил намерение о чем-то приватно побеседовать с Сеффолком. Видимо, эта парочка затевает очередную каверзу.
– Беги к милорду Сеффолку, скажи, что мы спровадили Хамфри, как он велел, – распоряжается Первый убийца.
Первого убийцу нам представляют как человека хладнокровного и циничного, в отличие от Второго, который в ужасе от содеянного:
– Что мы наделали! Ты когда-нибудь видел, чтобы жертва умирала с таким блаженным спокойствием?
Судя по этой реплике, заказов сия компания выполнила за свою карьеру немало. Всякого навидались.
Первый убийца не успевает ответить, потому что входит Сеффолк.
– Ну что, сделали дело? – деловито спрашивает он.
– Не беспокойтесь, помер, как заказывали, – отвечает Первый.
– Вот и молодцы. Идите ко мне домой, ждите, я приду и выдам вам награду за работу. Ступайте прочь.
Король велит позвать Глостера:
– Пусть поскорее придет, мы хотим проверить, так ли он виновен, как утверждают.
Сеффолк вызывается сходить за Хамфри Глостером.
– Займите свои места, лорды, – продолжает Генрих. – И прошу вас избегать поспешных и суровых решений. Изрекайте приговор только тогда, когда все обстоятельства будут очевидны и доказаны.
– Не дай бог вынести знатному лорду несправедливый приговор! Хорошо бы, чтобы все подозрения в его адрес оказались развеяны, – лицемерно воркует Маргарита Анжуйская.
Король благодарит супругу за добрые намерения, и в это время возвращается Сеффолк, изображая потрясение.
– Что случилось? – встревоженно спрашивает Генрих. – Почему ты такой бледный? Почему дрожишь?
– Ваше величество, герцог Глостер найден мертвым в своей постели.
Маргарита и кардинал делают вид, что пришли в ужас, а
Очнувшийся король начинает яростно бранить Сеффолка, который принес столь ужасное известие и тем самым причинил ему, Генриху, невыносимую душевную боль. Да уж, сообщать такому королю плохие новости – себе дороже. Маргарита старается урезонить разбушевавшегося супруга:
